Хочу рассказать один забавный случай, произошедший со мной недавно, дело было летом. Живем мы в многоэтажном доме на шестом этаже. Родители мои часто работали в ночь, и я оставалась дома одна.

И вот как-то сплю я и слышу странные звуки, какое то скрежетание и царапанье доноситься с балконной двери (домашних животных у нас нет). Я лежала некоторое время и прислушивалась, нет, не показалось, теперь уже явственно, за дверью балкона кто-то скребется, пытаясь попасть в квартиру. Стало не по себе, решила проверить, но как только подошла к двери, все затихло. Я осмотрела балкон – никого. Кто это мог быть, гадала я, с этими мыслями легла в постель и заснула.

Это было в 1947 году. Бабушка была врачом и вышла замуж за своего одноклассника Павла. Она работала в больнице, а место его работы не знал никто из родных – это было государственной тайной.

Шло время, родился ребенок. Молодые на лето сняли дачу в Подмосковье, но Павла срочно отозвали на работу. Договорились, что Катюша с ребенком останется на даче с хозяйкой, а он вернется, как только освободится. Стояло теплое тихое лето, ярко светила луна. Бабушка спала в саду под раскидистыми липами. И вдруг она услышала стук в калитку. Такой стук был ее с мужем условным сигналом. По стуку она знала, что Павел пришел домой с работы, на двери их старой квартиры не было звонка.

Я много чего видела, вернее, много кого, особенно в детстве. Тех, кто обычно наводит страх и ужас на обывателей, а потом, эти самые обыватели начинают очищать своё жилище всеми возможными способами, ну, в общем, кто как умеет, все средства хороши, лишь бы помогло.

Я — человек не пугливый, а в детстве вообще страх у меня напрочь отсутствовал. Примерно в семь лет я начала видеть дома некую сущность, я её называла «медведь». Ростом она была почти с меня, очень толстая, почти круглая и лохматая, сзади был короткий хвостик. Ну, просто вылитый медведь, только ходил он на задних ногах-лапах, словно человек. Появлялся медведь обычно днём, кода не было родителей. Раньше ведь как было? Взрослые на работе, а мы, дети, из школы сами домой приходили. У всех на шее висел ключ на верёвочке, чтобы не потеряли.

Новость была настолько шокирующей, что даже слова подобрать было трудно.

— Конечно, я приеду! — Катя закивала, хотя понимала, что в телефонном разговоре брат подруги ее не видит. Молодая женщина повесила трубку.

Наташа была ее лучшей подругой, даже не со школы. Честно признаться, она не помнила, когда впервые увидела ее. Казалось, Наташка была рядом всегда. Семья ее жила в соседнем доме, и их мамы гуляли вместе с детьми. Пока молодые мамы коротали время за приятельской беседой, девочки играли вместе на площадке. В саду они оказались в одной группе, затем и в одном классе ближайшей к их дому школы. Были у Кати и другие подруги, но самой близкой всегда была Наташа. Девочки словно дополняли друг друга. Катя — порывистая, темпераментная, Наташа — домашняя, спокойная, рассудительная. Катерине лучше давались гуманитарные науки, Наталье — точные. На контрольных они всегда помогали друг другу.

Это произошло в те времена, когда просторы страны бороздили челноки со своим товаром. Жилось плохо даже трудно сейчас представить до чего плохо.

У меня двое детей, младшая была совсем маленькая. Когда стало рушиться все, чем мы жили, я очень испугалась. Часто плакала от страха, на что покойный уже муж говорил: «Делать тебе нечего что ли, ревешь? Надо немного потерпеть и все наладится, попустит». Говорю: «Да, наладится! Развалить-то всегда легче и быстрее, чем построить! Такое творится, кто знает, ни придет ли время, когда детей нечем будет накормить?».

У нас рядом с домом был небольшой магазинчик, где были отделы с посудой, обувью, одеждой и хоз. товарами. И однажды зайдя туда, я обнаружила, что в двух отделах на полках стоят жестяные садовые лейки. Полностью все полки заставлены этими лейками! И в остальных отделах полупустые полки. Я была в панике такой, пришла домой и проревела весь вечер. И потом решила, что киснуть мне нельзя, есть дети. И мы стали выживать.

Эта история произошла со мной, когда мне было всего 4 года. Но я этот случай очень хорошо запомнила.

Мы остались одни дома со старшим братом. Он меня старше на 8 лет, то есть, ему на тот момент было 12. Мы жили на улице, где все друг друга знали, поэтому мы ничего не боялись и сидели с открытой дверью. Более того, со своим братом я вообще ничего не боялась.

Был белый день, мы сидели, рисовали, и вдруг раздался стук в дверь. Брат встал, чтобы открыть. Это могли быть его друзья или соседи – к нам все время кто-то заходил. Но вдруг со мной что-то произошло, я побежала наперерез брату и повисла на его шее, умоляя не открывать дверь сразу, а сначала спросить, кто там. Максим сначала хотеть меня пристыдить: «И чего ты испугалась? Кто бы там ни был, я ему покажу!». Но меня не на шутку била дрожь. Я держала брата изо всех сил, умоляя не открывать. Макс никогда ничего и никого не боялся, но, глядя на меня, он почему-то поверил. Мы тихо подошли к двери и увидели, что крючок снят, то есть мы сидели не запертые! Я тихо-тихо накинула крючок, а Максим спросил: «Кто там?».

Тот день с самого утра не задался. Возможно, от внезапно нахлынувшей жары людям «крышу посносило», все вокруг стали злыми, агрессивными. Утром я во дворе с мужиком из-за собаки поругался, едва до драки не дошло. Он пообещал мою собаку пристрелить, а я за это на него с кулаками кинулся, еле разняли. Потом на пешеходном переходе меня огромная иномарка не пропустила, чуть по ногам не проехала, едва отскочил.

Дальше по улице иду в бешенстве, от злости и раздражения всего трясет, вот с таким настроением в пивной бар зашел, кружку пива пропустить, стресс снять, да заодно и от жары спастись. Время буднее, день рабочий, в баре народу немного, свободных столиков полно, вот я, не разбираясь, и плюхнулся в первый попавшийся, спиной к телевизору.

Принесли пиво, потихоньку пью, но легче не становится, чувствую, в спину какой-то очень сильный негатив идет. Это от телевизора, там новостной канал работает, передача про расследование на кладбище: гробы, покойники, могилы.

Я работал тогда лесником, точнее уже мастером леса. Свой участок, немаленький, кстати, знал так же хорошо, как домашнее подворье. Где что растет, где чья нора, куда можно за грибами-ягодами сходить, и все такое прочее. Жил я не в лесной избушке, конечно, но обходы делал каждый день, дел много, на потом не отложишь. Вот как-то раз пошел на территорию, как обычно. В планах было проверить дальний участок, может, маркировку обновить на вырубку придется.

Иду, капюшон надел, дождик срывался, дохожу до горочки, за которой участок нужный. Поднялся. И тут какое-то чувство непонятное, вот не хочу я дальше идти, а почему, не знаю, но не хочу. Начал сам себя убеждать, что это же свой лес, родненький, весь исхоженный, что ж тут дурью маяться, маркировка сама себя не обновит.