Первая и вторая части истории.

Правила сыска везде одинаковы что внизу, что вверху. Вот и этого убийцу ищет целая команда, где каждый занят своим делом. Задача Дарьи со Славой за мистическими проявлениями в нижнем городе следить, и где мистика проявляется — немедленно туда ехать.

На город плавно наползала ночь. То здесь, то там возникало слабое свечение, это нижние ворожили, гадали, привораживали, в общем, старались выйти на связь с верхним миром, но пока им никто не отвечал. И вдруг в одном квартале всполохи стали сильнее, значит пошёл контакт, Дарья со Славой бегом туда.

Мама с папой уехали на дачу, а это значит, что всю ночь можно потусить с друзьями. Пиво попили, фильмы посмотрели, о мистике разговорились. Кто-то предложил дух Пушкина вызвать, а что, поэт великий, знает всё, что в будущем произойдёт. Только собрался к ним прийти совсем не Пушкин. Эту сущность книга привлекла, книга ведь не простая, а посвящённая приворотам, порчам, изменениям реальности. По какой же ещё книге духов вызывать, как не по этой! Вот и вызвали, она уже изготовилась проникнуть в квартиру, как вдруг чьи-то мощные руки её увлекли обратно.

Осенью, особенно после дождичка, попасть в деревню Ключики дело гиблое. Но как охотнику охота пуще неволи, так и ягоднику пропустить сезон — как нож в сердце. Добрался я таки до деревеньки, только в Ключиках такие болота клюквенные, что хоть лопатой ягоду греби. Знакомый мой, у которого я останавливался в прошлые сезоны, разжился семейством – двойня родилась. Покой семье лишь снится, он и посоветовал мне остановиться в другом доме. Хозяйка дома Нина Михайловна — женщина в теле, душой добрая, нравом мягкая — встретила меня как родного: диванчик для сна мне определила и за стол позвала.

— Чудной вы народ – ягодники, на дворе дождина, как с цепи сорвался, а вас на болото приспичило, понимаю – страсть!

— Да, — говорю, — Михайловна, она самая. От неё, заразы, дома в уютной городской квартире не спрячешься. А хозяин-то где? Тоже, поди, ягодку промышляет? Что-то не видно его.

— Ага, промышляет, только не на болоте, да и ягодка-то у него послаще клюквы будет. Ух! Кобелюка старый. Была бы сила – удавила!

Начало этого рассказа можно прочитать здесь

Ольга с подружками, сами того не подозревая, попыткой вызвать Пиковую Даму разбудили очень древнюю и очень злобную сущность, которую силам добра очень давно удалось загнать в Зазеркалье и там усыпить, и вот он проснулся. Дело не в том, что девчонки три раза произнесли «Пиковая Дама, покажись», и не в том, что они рисовали на зеркале дверь и ступеньки. А в том, что зеркало было очень старым, имеющим хороший контакт с Зазеркальем, но самое главное — перстень!

Свет перстня вывел его из спячки и заставил действовать. Ему во что бы то ни стало необходимо завладеть этим перстнем, но для этого надо выбраться из Зазеркалья, для чего нужна большая сила. Силу он будет брать, убивая людей из зеркал, причем из зеркал любых, не имеет значения, старое зеркало или новое, маленькое или большое, лишь бы видны были глаза, как только жертва посмотрит ему в глаза, она обречена.

Конец 90-х годов прошлого века

Мама у Татьяны Петровны умирала долго и мучительно, злые соседки шептали: «Ведьма была, вот и уходит тяжело». Но Татьяна Петровна ни в каких ведьм не верила, люди злые, завистливые, сами детей не нажили, вот и завидуют, что за бабушкой дочь ухаживает, а за ними некому будет.

Мама перед самым концом уже бредить начала, всё дочь к себе звала, говорила:

— Тань, перстень береги, спрячь подальше и никому не показывай, очень этот перстень опасный.

А что за перстень? Почему он опасный? Татьяна Петровна так и не поняла.

Наше время

Ну всё, ремонт закончен, можно девчонок на междусобойчик позвать. Как мама и обещала, на двадцатилетие Ольге подарила бабушкину квартиру. В этой квартире уже лет двадцать никто не жил, как бабушка умерла, так мама никого туда и не пускала, для Ольги берегла, мол, как взрослой станешь, так ключи от квартиры и получишь, а до этого нечего там делать, ветер в голове, не дай бог всякие плохие компании там собирать будешь.

Как-то раз я с детьми и мужем поехала к своей тёте. Тётя недавно овдовела, без мужа её жизнь стала совсем пустой и безрадостной, а своего единственного сына (моего двоюродного брата) она похоронила давным-давно — он утонул во время купания. Это трагедия всей её жизни, так как она всегда хотела иметь много детей, но, как говорится, если хочешь насмешить бога — расскажи ему о своих планах.

Дети и муж уже спали, а я полуночничала с тётей. Ах, какая она была красивая в молодости, мама мне всегда говорила, что вокруг тёти женихи так и увивались, и не понимала, почему сестра выбрала именно дядю (по маминому мнению, были парни лучше). Тётя стала вспоминать мужа, как они любили друг друга, про его привычки и так далее. Среди прочих увлечений покойного тётя упомянула компьютер, ведь дядя, несмотря на возраст, стал огромным поклонником таких технологий. Так вот, дядин компьютер, говорила она, был необычным. Кроме дяди, им не мог пользоваться никто — ни сама тётя, ни соседи, ни родные. Тётя хотела, чтобы мы проверили его и высказали своё мнение.

Я верила в привидения и их влияние на наш мир, ещё будучи ребёнком. Даже не знаю, что более поразительно — призраки или люди, способные предвидеть будущее. Я столкнулась с обоими случаями: один из них о дедушке, он спас мне жизнь, другой — о пророчестве моей лучшей подруги.

1) Случай первый. Четыре года назад я потеряла дедушку, это была огромная утрата, ведь он заменил мне отца. Когда он умер, я погрузилась в такую пучину отчаяния, что начались панические атаки, которые продолжаются до сих пор. Семь месяцев назад у меня начался приступ ночью, я практически перестала дышать. Моя собака, спящая в одной со мной комнате, заметила моё состояние и заскулила.

Я и проснулась именно от того, что не смогла вдохнуть, безумно испугалась, в голове вертелась мысль, что я сейчас умру. «Так вот ты какая, смерть» — подумалось мне. Тут же я почувствовала, как кто-то меня аккуратно приподнял, и чувство покоя и тепла пришло с правой стороны.

Вспомнилась история, рассказанная моей подружкой. У неё была самая близкая подруга. Тётка подруги имела сына, но очень хотела дочек, поэтому на несколько дней летних каникул они отправлялись вместе к этой тётке, дабы её порадовать и дать их мамам немного отдохнуть.

Дом этой тётки стоял через дорогу от кладбища, и, естественно, девочки днём частенько там зависали. Могила родственников тётки была почти у входа и ещё одна через две могилы соответственно. Обе они были ухоженные, красивые со столиками и лавочками.

И вот как-то сидят они, шушукаются на одной из могил и видят, что на другую пришли трое подозрительных мужиков, сели, выпивают и рассказывают свои уголовные истории. Подружки спрятались и решили переждать, пока те уйдут. Но уже стемнело, а те всё ещё не собирались никуда. Девочки поняли, что пора как-то выбираться, иначе тётка пойдёт их искать и будет ругаться. Просто выйти и пойти они испугались: дядьки показались им агрессивными и могли поймать, а там уже их судьба могла быть весьма трагичной.

Эта история произошла в восьмидесятом году, когда наша страна была ещё великой и нерушимой и звалась Советским Союзом. Поднатужившись, она готовилась к Олимпиаде, и ей совсем не было никакого дела до событий в глухой провинции на Урале. Атеизм с дубиною ходил по городам и сёлам, да, видно, плохо ею работал — в глубинке верили и в бога, и в чёрта, и ещё во многое разное, только не в победу коммунизма.

А приключилась эта, ну скажем, оказия, с участковым милиционером, человеком физически, политически и морально подкованным. Доходит до него информация, что в деревне Матушкина дела творятся, мягко сказать, нестандартные, по прямому, бесовские. Третью ночь всему населению деревеньки житья никакого нет. В доме, что на краю околицы, в старом, почерневшем от времени, сам дьявол куролесит. Ставни хлопают, какие-то внутриутробные визги, как будто сто кошек сцепились между собой. Дом кряхтит, шевелится, вот-вот развалится, и тучи над крышей, гром и молнии! Местные объясняют это явление просто: хозяйка дома, бабка Степанида — ворожея в округе известная, умереть спокойно никак не может, дело своё ведьмино передать должна кому- нибудь из близких по крови. Да вот беда — нет у неё никого, всех господь прибрал раньше её, вот она и мучается, бедная.