На перевёрнутых ящиках возле торгового центра сидели две тепло одетые старушки. Одна недорого продавала свежие кабачки и тыкву. Ловко заговаривала прохожих, приветливо улыбаясь. Так что дело шло, корзина с кабачками пустела, а кошелёк толстел.

Другая бабулька держала на коленях стеклянную банку. Обычную двухлитровую банку с винтовой крышкой, в которой ничего не было. Бабка пристально глядела на каждого, кто проходил мимо, будто ждала кого-то и боялась пропустить. Лицо её было хмурым, как небо, висевшее над городом, совсем не привлекающим покупателей.

Однако находились люди, готовые купить пустую банку. Но старушка либо отказывала интересующимся, либо загибала такую цену, что люди сами отказывали.

После внезапной смерти мамы, после которой я не могла прийти в себя в течение года, меня стала преследовать череда невезений.

Одни неприятности наслаивались на другие – потеряла работу, ушел муж, и когда у меня обворовали квартиру, я просто впала в отчаяние и сказала, обращаясь к маме: «зачем ты меня здесь оставила одну, забери к себе!».

Лето было жарким и, ложась спать, я оставила открытой дверь балкона. Была в таком оцепенении, что уже ничего не боялась, даже квартирных воров, которые могли зайти с балкона. Долго лежала без сна, думала, почему жизнь ко мне так несправедлива, и зачем мне жить на этом свете и незаметно для себя уснула.

История эта случилась со мной, поэтому хочется рассказать.

Я вышла замуж и переехала в пригород, точнее сказать, курортный поселок. У нас соседей толком нет: с одной стороны — садик, а с другой стороны — заброшенный дом. Иногда приезжают, убираются и уезжают хозяева. Впереди у нас идет дорога и тоже заброшенный дом стоит, так уже 17 лет.

Хозяин этого дома повесился, как мне рассказывали, жена ушла, сын погиб, никого не осталось. Дом пытались покупать, все покупатели не смогли провести там и ночь, потому как начинались скрипы, двери открываются, даже видели привидения. Некоторые приводили освящать дом, но все бесполезно. Сейчас дом старый, окна выбиты. Там даже бомжи не ночуют — все боятся, иногда слышен плач. Но я всего этого не знала, когда произошел этот случай.

Сегодня целую ночь мне снился сон, после которого я до сих пор нахожусь под впечатлением.

Так вот, снится подруга мне, как будто мы с ней долго не виделись, а тут встретились и не можем друг от друга оторваться. Сидим, рассказываем друг другу новости, при этом обнимаемся, плачем от радости. Стол накрыли, остальных друзей позвали к себе в компанию. Все рады. И тут подруга пригласила меня к себе в гости.

Слепая от старости пекинеска Топа уже привыкла к запаху боли и обреченности, который давно царил в их квартире. Хозяйка болела, болела давно, тяжело и без надежды на выздоровление.

Топа чаще всего лежала на своей подстилке, по звукам и запаху, определяя кто пришел, то медсестра, то кто-то из родственников. Были и радостные дни, когда Хозяйке становилось лучше, и отступала боль, тогда она спускала с кровати худенькую руку и звала свою любимую собачку.

«Топа, Топочка, иди сюда» — и Топа вскидывалась, повизгивая от радости, как ей казалось, бежала, спотыкаясь на старых, непослушных лапах. Утыкалась мордашкой в сухую, сморщенную ладошку хозяйки и слушала, слушала ласковый голос, который говорил, что все еще наладится, вот скоро Хозяйка поднимется, и они пойдут гулять, как раньше.

Так сложились обстоятельства, что воспитывала меня бабушка, мама жила со своим мужем далеко в другом городе и виделись мы редко.

Все время она обещала меня забрать, но когда родилась сестра, об это перестали уже говорить, да я и сама не хотела никуда уезжать от бабушки, с которой мне было хорошо и уютно. Она меня очень любила и все переживала, как я буду без нее, ведь ей уже было под восемьдесят, а я еще и школу не окончила.

Я сердилась, когда бабушка говорила, что может умереть в любой момент, мне казалось, что та будет жить столько, сколько будет нужно мне. Но когда она упала во дворе и ее забрала скорая, я испугалась не на шутку. В больнице узнала, что у бабушки был микро инсульт.

Я – типичный рядовой сотрудник, среднестатистическая мышь в нескончаемом улье офисов, кабинетов, складов и заводов. Незаметная, серая, но я вношу большую лепту в огромную пирамиду конструктора, где без малейшей мизерной детальки, вся конструкция рухнула бы к чертям.

Да, я говорю о самых низах. Там, где труд приравнивается к безделью и не считается равным тем, кто находится выше. Клерки, уборщики, охранники, официанты, продавцы, консультанты – где они? Они внизу огромной мировой башни, давятся ботинками тех, кто находится на порядок выше.

Миловидные лица с холеными ручками считают себя началом, хотя они – конец всей этой гнусной истории. Демоны, которые любят забираться повыше, ведь с вершины всегда видно больше. А что я? В этот раз я сижу в холодном закутке вонючей автомойки и размышляю о вечном, размахивая трудовой книжкой, изображая веер…

Ехал я как-то поздно вечером домой от родителей с другого города, трасса была почти пустынной и вдруг меня начало клонить в сон, да так, что не могу ничего с собой поделать. Остановился, вышел из машины, закурил, затем достал термос, выпил кофе. Думаю постою немного, сон пройдет.

Немного взбодрился и продолжил путь. Почувствовал, что снова наваливается какая-то усталость, редкие машины проезжают, как в замедленной киносъемке и давящая тишина. Я еще подумал, почему это я обгоняющие меня машины вижу, а шум их моторов не слышу. Как вдруг на дороге появилась женщина в легком платье с распущенными волосами. Я очень удивился, ведь между населенными пунктами расстояние не меньше 50 километров.