На девятый день после похорон мамы, когда все родственники после поминок разъехались, мы с сестрой и братом сидели в комнате, вспоминали маму, горевали, что теперь совсем остались без родителей, отец умер, когда мы еще в школу ходили. А маме было всего 46 лет!

Столы все убраны, свет горит только в комнате, кроме нас в квартире больше никого нет, и вдруг на кухне включается свет, и начинают греметь кастрюли. Мы переглянулись, каждый из нас сначала подумал, что это слышит только он. И вдруг с кухни потянуло ароматом печеных пирогов, которые всегда к нашему приезду пекла мама.

Не передать словами наше состояние! Мы, не сговариваясь, бросились в кухню, включили свет, но, естественно, там никого не было. Брат спросил: «Мама, это ты? Дай еще какой-нибудь знак!», но больше ничего не произошло. У младшей сестры случилась истерика, еле успокоили.

Вселенная всегда дает ответ, если ей задать вопрос. Мне однажды просто случайно услышанная из телевизора фраза так помогла, как и девушке из этой истории.

Был роман с молодым человеком, длился несколько лет, только все было так, как будто мы друг друга мучали — и вместе никак, и порознь тошно. Я столько раз внутренне настраивалась, что все, конец, больше ни за какие коврижки.

И как нарочно на него натыкаюсь. Причем явно так, что это не могло быть подстроено им. Причем 20 лет жила до знакомства с ним и ни разу не видела, а тут прямо натыкалась на него. А как увижу, хотя я человек уравновешенный, никогда ни до, ни после такого не было, в голове прямо мутится, не могу уйти, как на веревочке за ним.

После школы я твердо решила, что жизнь нужно менять. Из родного поселка переехала в город, поступила в институт на заочку, устроилась работать секретарем.

Денег на съем отдельной квартиры не хватило, зато для комнаты в общежитии оказалось вполне достаточно. Обилие соседей меня совсем не напрягало. Тем более, почти все они были людьми вполне адекватными.

За стенкой жила семья: Варвара, женщина лет сорока, ее престарелая мать и сын-школьник. Варя и ее сынок были добрыми соседями. Если нужна была помощь, я всегда обращалась к ним, и они не отказывали. Бабушку же я совсем не знала. Она очень серьезно болела и совсем не вставала с постели. Говорят, у нее были сильные боли. Через тонкую стену круглые сутки доносились ее жуткие, страдальческие стоны. Особенно страшно было слушать их по ночам.

Около двух недель назад мне приснился сон. Я разговаривала с самым близким человеком, но не видела его лицо. Оно было как размытое пятно, но я точно знала, что это самый близкий человек на свете, который никогда не причинит мне вреда.

Не помню, о чем шел диалог, но вдруг очень резко этот человек втыкает в меня нож. И после этого я увидела его лицо. Это была я. Я сама в себя воткнула нож.

Год-полтора назад мне снились страшные сны. Они все были связаны либо с моей семьёй, либо с моими друзьями.

Один раз мне приснился сон, как будто три мои лучшие подруги уходят от меня, но потом одна из них повернулась очень резко. Её глаза почему-то были все в слезах. Она подскочила и бросилась ко мне, казалось, будто это реальность, но я проснулась. Этот сон был не самым страшным, но самым странным.

На следующий день я решила рассказать всё родителям. Из родителей у меня были только бабушка да папа. После того как я рассказала про этот сон, бабушка сначала сделала серьёзное лицо, а потом сказала: «Никогда не рассказывай свои кошмары поутру, а то сбудется как видела».

После смерти моего дедушки прошло немного времени, и моя бабушка попала в больницу.

В квартире, в которой проживали мои родные, остались мать с отцом и мой старший брат. Мой папа работал во вторую смену, и в ту ночь брат с мамой остались в квартире одни…

Как обычно около одиннадцати ночи мама проводила отца на работу, закрыла дверь и начала укладывать брата спать и сама готовилась ко сну. Легли они в самой дальней комнате, так как именно в этой комнате можно было прикрыть дверь на защелку. Еще не прошло и сорока дней после смерти дедушки, и моя мать боялась спать при выключенном свете. Она оставила включенным свет в коридоре, зашла в комнату и закрыла дверь за собой на защелку. Оставив включенным свет небольшого бра над кроватью, она уснула.

Мой дядя работал инженером-строителем в какой-то всесоюзной конторе и занимался разными ответственными работами на строительстве народохозяйственных объектах. По долгу службы занесло его на север Молдавии — в Бельцы. Есть там такой город. То ли второй, то ли третий по важности в республике тогда.

Была зима. Последний рабочий день перед Новым Годом. То есть 30 декабря. Следующий день на ту пору тоже считался рабочим, но укороченным. И конечно, никто в этот день старался не выходить. Короче, настрой предпраздничный, конец рабочего дня.

Дядя Юра как главный инженер объекта должен был обойти все хозяйство, дать последние указания, предостережения. Все проверить. Кроме того, он собирался прихватить некоторые документы домой, чтобы в праздничные дни потрудиться, не торопясь.

Один мужик сильно перепил на свадьбе у друга, в соседней деревне. А когда возвращался домой, то он должен был пойти двумя путями: коротким — это напрямую через кладбище, а длинным — в окружную. Он пошёл коротким, через кладбище.

Этот мужик был до такой степени пьяный, что едва ли стоял на ногах. И вот что было дальше! На какое-то мгновение ока ему показалось, что он дома, и этот глюк его побудил прилечь на первую попавшуюся могилу. Он прилёг и заснул так быстро, что не заметил.

Проснулся он, посмотрел на часы, время было 3 часа 00 минут, и это ещё что! Но то, что на него смотрело буквально в пяти шагах от него, вот это уже серьезно. А смотрело на него два зелёных глаза, а поверх головы торчали то, что можно принять за рожки. Мужик так огляделся — вокруг ни души, лишь только памятники да могилы кругом. Потом он опять посмотреть туда, где было это существо, думая, что это глюк (ну всякое бывает по пьяной лавочке, чего только не привидится)! Он подумал, если он на кладбище, значит, это его черти атакуют, точнее сказать, это он так решил и пустился бежать.