Была у меня подруга, приехала в Москву из Курска, на работе её очень любили, добрый, светлый человек. У другой моей подруги из моего города была сложная ситуация с мужем, она решила пожить у меня.

Мы втроём практически не расставались, то в кино, то в парк, то в бильярд. И вот однажды звонит Лена (из Курска которая) и очень просит нас посидеть с ней, поговорить, вот прямо сейчас, прямо срочно. Мы приехали к ней, а она толком не объяснила ничего, только по телефону говорит и говорит, то с мамой, то с сестрой, с племянником, и остановить ее не возможно, а она как будто прощается, говорит о своей любви, и нам, в том числе между телефонными разговорами.

Взяли мартини, с подругой по паре глотков успели сделать, а бутылка почти опустела, Лена прямо запоем пьет, на нее не похоже. Звонит у нее телефон (мы уже в лёгком бешенстве) ну сколько можно? Хочется же узнать, что произошло, почему она в таком состоянии.

В 1995 году переехали жить в квартиру из коммуналки (дальняя родственница продала). Отчим постарался, уговорил с помощью нескольких литров спиртного. Пьющая она была, неприкаянная (из рук в руки от одного к другому мужчине переходила) в той квартире не жила, даже не заходила туда, по наследству от её мамы квартира досталась.

Однокомнатная квартира, маленькая прихожая, но комната большая, в ней как бы ниша, её шкафом отгородили, и как будто отдельная комната для меня. Так вот, спала я там так сладко, чувствовала себя под какой-то очень сильной защитой, хотя угроз и не было никаких. Снится мне как-то, что меня в губы целуют с такой нежностью, с такой любовью, думаю, так только мама может будить. Открываю глаза, темно, рядом никого, мама и отчим спят.

Через некоторое время моя бабушка остаётся у нас ночевать, ложится в моей кровати, я на кухне на раскладушке. Утром бабушка с темными кругами под глазами, какая то обессиленная, рассказывает, как всю ночь её за ноги кто-то щипал и, о Боже, на ногах синяки.

Все слышали про народную примету, суть которой заключается в том, что если собака воет, значит, скоро кто-то умрет. Так вот, приключилась со мной однажды такая штука. В общем, признаюсь — я боюсь темноты. И в очередную мамину командировку я пригласила подругу переночевать со мной.

Сплю я, значит, сплю, и тут начинает выть собака. Воет, воет…Я проснулась, и в дверном проеме наблюдаю псину. Нет, она не была страшной — обычная дворняга, пятнистая, среднего размера. Выть пес перестал. Посмотрела я на него, успокоилась, закрыла глаза и решила спать дальше. Вдруг в голову бьёт мысль, очевидность которой спросонья я сразу не поняла: «У меня же нет собаки!». Так жутко сразу стало, мурашки по коже.

Весь день у нас был мастер, устанавливал межкомнатные двери. Когда уходил, велел дверь в комнату закрыть и без особой надобности не открывать. Мы с мужем так и сделали.

Муж уснул. Кошка так же дремала на кресле. Около кровати, на компьютерном столике, лежали телефоны — наши сотовые и трубка домашнего. Я досмотрела фильм и выключила телевизор. Уже так хорошо «гнездилась» спать, как вдруг услышала какие-то звуки. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я слышу звук набора номера по кнопкам домашнего телефона. Я поднялась с постели и подошла к столику: так и есть, трубка светится и слышно голос автоответчика: «Вы набрали недействующий номер».

Это было в 1979 года в Тынде. Месяц назад как поженились и дали нам временно 10-метровый вагончик, оборудованный на 2 хозяина. Во второй половине жили мы с мужем, а в первой — мужчина-кочегар с Украины.

Зима, на улице минус 56. Муж в командировке на Хани уехал на своем Магирусе, я работала инженером в одной бамовской организации. Сосед ушел на работу и сказал, чтобы я закрыла за ним тамбур, дверь в него железная, не открыть, замок внутренний.

В 23:30 я дочитала газету «Культура» и бросила ее на пол, чтобы не проходить по комнатке. Выключила свет. В окно можно было увидеть светящееся окно соседнего вагона (это был вагонгородок), это коллеги по работе, у них был грудной ребенок. Только я улеглась поудобней, в окно постучали. Я соскочила, подумала, что моя соседка, но подумала, почему в окно, там же снегу по грудь (северная сторона), а двери наши напротив, не легче было постучать в железную дверь. Встала и вдруг включился свет и постучали уже в деревянную дверь из тамбура, где у нас стояла запасная аварийная печь (вагон обогревался от котельной горячее водоснабжение). Я оторопела.

Мой отец построил дачу и он оформил ее на себя, а так как участок принадлежал моему покойному деду (маминому отцу), то мой отец после этого стал со злости говорить всем, типа это мой дом.

И как-то раз ему приснился мой дед, и говорит: «Принеси мне земли с моего участка». Отец взял горсть земли, упаковал ее в пакет и отвез на могилу деду. Через неделю (примерно) ему снова снится сон, снова дед говорит: «Я тебе сказал, принеси мне ее с собой». По словам моего отца, он проснулся посреди ночи в холодном поту, но мама его успокоила, и он постепенно об этом забыл.

Когда умер мой брат, происходило много непонятного. И игрушки начинали говорить, и шторы двигались, и люстры качались. Мама до сих пор говорит, что он с ними рядом! Хотя и живу отдельно от родителей, тоже чувствую, что он рядом со мной, но рассказать я хочу не об этом.

Не было еще и 9 дней, как за братом бабушка покойная пришла. Это мама рассказывала, может и не поверила, но папа это тоже видел а, как говорится, с ума поодиночке сходят.

В доме открылись все двери, и брат мертвый на диване лежит, мама подскакивает и к нему, зовет, плачет, и из угла с иконами бабушка вышла, маме говорит: «Не трогай его, я его заберу, а потом тебе покажу». Берет брата на руки и растворяется.

Расскажу три истории, связанные с моим отцом, случившиеся в моей уже долгой жизни (мне сейчас 60 лет). Все они абсолютно правдивы. В таком возрасте обманывать грех.

Живем в Прокопьевске, где мой отец всю жизнь отдал шахтерскому труду. Когда мне было лет 15, отец незначительно травмировал себе руку в районе локтя. Была ссадина, обрабатывать не стал, мол, само пройдет. Прошел день, рука покраснела и опухла, поднялась температура 39. Вызвали скорую, пока ждали уже под 40 градусов.

Положили отца в хирургию, в тот же день сделали операцию. В ту ночь мы с мамой заснули поздно, беспокоились за отца, молились, чтобы все обошлось. Спали в одной комнате. Не знаю, от чего я проснулась среди ночи, прислушалась. Слышу, храпит отец в соседней комнате. Головой встряхнула, чтобы совсем проснуться, все равно храпит как будто он дома. Стало не по себе, пошевелиться боюсь. Кое-как говорю: «Мам, слышишь, папка храпит?». «Слышу», — говорит. Она оказывается, тоже не спала. Жутко стало. О том чтобы встать и посмотреть, кто там храпит, не было и речи. Перебралась к матери, а зубы так и клацают. Накрылись с головой одеялом и забылись до утра.