Эта история произошла давно, лет 20 назад. Тогда я работала в архиве кинофотофонодокументов. В те далекие времена в фондах архива хранились кинопленки (фильмы) на триацетатной основе, при нарушении условий хранения плетка легко воспламенялась.

Пишу это к тому, чтобы читатель имел представление о том, что в помещении не могло быть сквозняков и прочих явлений. В хранилище не было ни окон, ни вентиляционных отверстий, стояли специальные климатические установки. Двери в помещение тяжелые, бронированные, со специальными длинными ключами. Входя в помещение дверь за собой закрываешь.

И вот в конце рабочего дня мы с сотрудницей, в вышеописанном помещении отбирали яуфы (железные ящики, в которых хранилась пленка), для обработки, проверки и последующей оцифровки (тогда как раз только начинались работы по оцифровке архивных фондов, 1996 год), дверь в помещение закрыта изнутри, никто зайти туда не может. Пост ведомственной охраны есть у входа в здание и у архивных хранилищ, вход в хранилище по спецпропускам.

Наверное, одни из самых интересных страниц школьной жизни – это всевозможные опыты на уроках химии и физики. Недаром гвоздем декады естественных наук у нас было небольшое шоу под руководством строгой учительницы химии. До сих пор с восхищением воспоминаю вулканчик, искры и высокое цветное пламя.

С химическими реакциями в теории я крепко дружила, даже заслужила похвалу учительницы: «У тебя есть понимание». Однако на практике всё было далеко не так радужно в буквальном смысле, причём по невероятному стечению обстоятельств. Надо мной словно тяготел злой рок.

Все одноклассники, включая ленивых двоечников, любовались разноцветными результатами своих манипуляций, у меня же почему-то получался только медный купорос (железный купорос уже капризничал). Ладно, хоть красивый голубой цвет радовал. Когда у остальных в серной кислоте весело прыгала и пузырилась цинковая пластинка, на дне моей пробирки грустно лежала какая-то железяка, в действительности оказавшаяся другим металлом.

Года 2 назад произошло странное событие. Так получилось, что ночевала я дома одна с маленьким ребёнком. На тот момент ему было где-то около года.

День прошёл как обычно, и ничто не предвещала плохого. Но когда я легла в кровать и стала засыпать, я услышала звук, похожий на цоканье копыт. Казалось, что кто-то ходит вдоль детской кроватки.

Однажды на работе начался сложный период, и я оставалась допоздна, готовилась дома до глубокой ночи, по выходным в обязательном порядке посещала внеклассные мероприятия – конференции и семинары.

Мама очень переживала. Говорила, если не буду себя жалеть, то похудею настолько, что не увижу своё отражение в зеркале. К сожалению, ничем не могла её порадовать, ведь иного выхода не было.

В школе, где я работала, в холле второго этажа, висело большое узкое зеркало. Возвращаясь домой, всегда осматривала себя в нём с головы до ног, прежде чем выйти на улицу.

Мы до моего десятилетия жили у родителей отца. Там, кроме нас, жила семья дяди с четырьмя детьми. Нас пять, их четыре, итого девять детей! Но участок был огромен — 25 соток.

Помню, летом мы целый день играли на дальнем уголке двора. Там были деревья, на которые мы взбирались и строили свои домики для игр. Помню, в соседской стене в самом уголке была маленькая дверь. Мы, дети, ее боялись и старались к нему не подходить. Но между собой об этом почему-то не говорили и родителей не спрашивали. До сих пор помню свой страх перед этой дверью.

Недавно, беседуя с мамой, я почему-то вспомнила про ту дверь и рассказала маме, как мы ее боялись и избегали. Мама замолчала, задумалась и рассказала мне следующую историю. Далее с ее слов.

Смотришь иногда на человека и видишь, что все у него, как у всех: руки, ноги, голова вроде бы на месте, а живет так, что про него одно только говорят: «как таких земля носит?».

Про Михаила, поселившегося после войны с женой и маленькой дочкой в поселке, соседи говорили именно так. Вроде бы сам работящий, жена педагог, но более скупого и жестокого человека поселковые не встречали. Каждую ягодку, каждый цветок тащил на продажу, копил деньги.

Была в нем довольно странная черта — кроликов и кур своих резал, не стесняясь соседских детей, собаку дворовую колотил смертным боем, чужих кошек, осмелившихся пробежать через его огород, убивал.

Я сильно заболела. Врачи диагностировали воспаление легких, однако я со скандалом отказалась ложиться в больницу, подписала необходимые бумаги и уговорила маму, чтобы та лечила меня дома. Мы жили в частном секторе. Моя спальня располагалась на втором этаже. Каждый день родители уходили на работу, а младший брат в школу.

В один из дней я, как обычно, услышала, как брат открывает входную дверь, заходит в дом и поднимается по лестнице. В просвете между входной дверью моей комнаты и полом я увидела тень от его ног. Меня удивило, почему он стоял перед входом, но не заходил.

Вставать с кровати мне было довольно тяжело, так как я плохо себя чувствовала, поэтому я просто окликнула его по имени и спросила, почему он не заходит. Он постоял какое-то время, после чего спустился обратно на первый этаж. Мне показалось это довольно странным, но я решила не обращать внимание. После этого я услышала, как он ходит по дому и щелкает выключателем. Вот это уже было особенно странным, так как на улице было светло, и необходимости включать свет в помещении не было. Я еще раз позвала его по имени, но он не откликнулся. После я заснула.

Несколько лет назад в июле я отдыхала в Сочи. Мне там очень нравится, ощущаю душевный покой и прилив творческих сил. Волшебный курорт: пышные леса, уютные улицы, чарующие местные легенды, пёстрые сувенирные лавки и древнее мудрое море.

В один из дней случилось так, что настроение испортилось. Решила развеяться. На автопилоте, хмурая, иду по аллее, отрешённо смотрю вперёд. И тут лёгкой походкой приближается весёлый мужчина, явно отдыхающий. Невысокий, полноватый, приятной наружности, в яркой южной одежде и плетёной шляпе. Красуясь, он игриво интересуется: «Девушка, почему вы такая бледная?». Планировал, наверное, что незнакомка ответит: «Только что приехала». А он: «И я тоже!». Всё, курортный роман закручивается.