Это история также не моя, поделился друг. Пишу от первого лица.

Мои тетя и дядя купили дом в Валках, чтобы жить на пенсии на природе. Дом старый, но крепкий, с огромным участком и своим колодцем-журавлём. Колодец был настоящей гордостью: вода чистейшая, ледяная даже в июльскую жару. Но у него была особенность — старинный сруб, почерневший от времени, а на одной из его толстых дубовых балок, внутри, на уровне воды, был вырезан странный знак: не то солнце с загнутыми лучами, не то паук.

Когда они вселились, соседка-старушка, тетя Паша, принесла им пирог и сразу спросила: «Колодцем-то пользоваться будете?». «Конечно, какая вкусная вода!». Старушка покачала головой: «Вода-то хорошая. Только правило у нас тут одно: после заката ведро в колодец не опускать. И не потому, что ночью не видно, а потому что ночью он свой».

Они посмеялись. Деревенские суеверия.

Мистической историей поделился сосед по даче. Это случилось не в глухой деревне, а почти в центре небольшого городка. Он тогда, в 2015-м, только купил свою первую «двушку» в кирпичной пятиэтажке на улочке, упирающейся в промзону. Историю опишу от его лица.

Вид из окон, кроме таких же серых домов, открывался на бесконечные трубы каких-то заводов и березовую рощицу, больше похожую на свалку. Но квартира была моя, и я был счастлив.

Соседкой сверху жила бабка Алевтина Михайловна. Типичная «бабушка у подъезда». Контактировали мы редко: кивок в лифте, приветствие. Пока однажды осенью я не застал её в подъезде в странном состоянии. Она сидела на ступеньке у мусоропровода, вся серая, и беззвучно плакала, сжимая в руках потрёпанную чёрно-белую фотографию.

Много слышала о домовых и решила, что нужно и себе завести такого помощника. Поставила блюдечко с молоком, положила конфеты и стала ждать. Но вмешалась бабушка, сказав, что я приманиваю всякую нечисть в дом, и что это большой грех. Все мои угощения для домового убрала. И месть домового пришла в ту же ночь.

Я пыталась её успокоить, говоря, что домовой это всего лишь старинная традиция, и не стоит переживать. Но она всё равно не могла успокоиться, то и дело озиралась, нервно смотрела в угол. И вот, когда мы обе уже собрались ложиться спать, вдруг в коридоре раздался странный звук, как будто кто-то тяжело тянул что-то по полу. Мы обе замерли. Я решила, что, наверное, сосед снова что-то там делает, но бабушка сразу побледнела. «Ты слышишь? Это он!», — прошептала она, её голос дрожал.

Я пыталась её успокоить, но звук становился всё громче и ближе. Бабушка схватила меня за руку, её пальцы стали холодными, а глаза — как у перепуганной птицы. Вдруг в комнате потух свет. Не просто погас, а будто кто-то вырвал его из розетки, и комната мгновенно погрузилась в кромешную тьму. Даже Луна, обычно освещающая окно, как будто скрылась за облаками.

С XVI века в тайных подвалах Ватикана хранятся древние таблички, на которых выгравирована история о последней битве Добра и Зла. Суть истории о конце света, как известно, в том, что после захвата власти на Земле Антихристом состоится решающая битва сил света и тьмы. Леденящие душу события должны положить конец нашему миру и стать прелюдией к воцарению в нем Дьявола.

О начертанных на этих табличках предсказаниях решено было рассказать в 2001 году, когда уже все в мире убедятся, что конца света не будет. Однако Папа Иоанн Павел II по каким-то причинам запретил делать это, и лишь недавно делу снова был дан ход.

После того как Папа Иоанн Павел II запретил раскрытие этих таинственных пророчеств, их существование стало предметом бесконечных слухов. Ватикан, как и многие другие институции власти, всегда был источником тайн, но именно эти таблички, согласно легенде, хранили в себе нечто большее — не просто знание о будущем, но и силу, способную изменить ход истории.

Какой-то странный сон мне приснился прошлой ночью.

Приглашаю свою подругу со мной в гости к сестре. Я почему-то уверена, что меня там ждут. Открывает дверь сестра, ее семья тоже видна в глубине квартиры, но как-то туманно. Сестра спрашивает: «вам кого?». Я в недоумении, мне стыдно перед подругой, что меня не узнали родные люди. Подруга стоит рядом и тоже удивлена, ей даже стыдно немного за меня.

Я, чтобы загладить неловкость говорю, как ни в чем не бывало: «я зашла забрать куртку, на прошлой неделе Наташа (племянница) о ней говорила». Говорю так, чтобы сестра поняла, кто я. Но ее поведение не меняется. Я захожу в коридор, делаю вид перед подругой, что все нормально, беру куртку, и выхожу. Сестра стоит молча на пороге, смотрит нам вслед.

Наша старая хрущёвка в четыре этажа в спальном районе города стоит перпендикулярно такому же дому, образуя этим своего рода уголок. Я живу на последнем, четвёртом этаже, в четвёртом, последнем подъезде нашей хрущёвки (звучит символично, не правда ли?).

До моего заселения, в квартире под номером 95 жил сорокалетний мужик. Жил, а потом решил продать её, поскольку уезжал на заработки в другую часть страны, куда-то на север. Собственно, уже целых три месяца я являюсь её собственником.

Соседи у меня довольно обычные. Бабка и дед из 94-й квартиры, вечно кряхтящие об отсутствии лифта и желающие побыстрее перебраться к детям и внукам в большой загородный дом. Студентка местного вуза в 93-й, таскающая за собой какого-то сомнительного вида паренька в квартиру. Образцовая семья из 92–й — родители и две девочки детсадовского возраста, шумящих под вечер на весь подъезд. И другие соседи, с которыми я мало знаком.

Мой друг говорил, что в доме его дедушки и бабушки возле кладбища он иногда видел каких-то стариков или старух «в оборванной одежде.

Первый раз увидел одного дедулю в сенях, когда хотел выйти погулять. Подумал, что тот случайно забрёл или это знакомый пришёл к его деду. Вернулся в дом, рассказал бабушке. Она ответила, что ему привиделось. Потом уже старики начали появляться не только в сенях, но и в прихожей дома. Он говорит, что не сильно боялся, потому что сначала был совсем маленьким и не понимал, что это мертвецы, а потом просто привык (я бы на его месте боялся, да ещё как).

Помню такой эпизод из его рассказов. Один раз он вышел из зала в прихожую, а там снова стоит дед в лохмотьях. Ему всё это надоело, он взял на кухне табуретку и говорит: «Пошёл отсюда, а не то табуреткой по башке получишь!». А дед взял и исчез. Как не было.

В доме, который приобрёл шесть лет назад бывало немало потустороннего в том числе и аромат парфюма, женского прошлым летом. Дом стоит отдельно от остальных домов, забор вокруг. Никого нет кроме меня вдруг из ниоткуда шлейф женских духов!

Дом вокруг обошёл, никого! А запах был только в одном месте, на лестнице в сенях, больше нигде. Я тогда решил, что просто показалось. В доме старые доски, сырость, мало ли что может дать такой запах. Проветрил сени, вышел во двор, покурил. Когда вернулся, запах исчез.

Через пару дней вспомнил об этом, но значения не придал. А потом он появился снова. Вечером, уже ближе к ночи. Тот же самый, не резкий, не сладкий, просто чёткий запах женских духов. И опять только на лестнице. Ни в комнатах, ни на улице его не было.

Я специально постоял там несколько минут. Запах держался, словно кто-то только что прошёл мимо и поднялся наверх. Поднялся, ничего. Комнаты пустые, окна закрыты. Спустился, запах начал слабеть.