
В середине восьмидесятых по долгу службы перевели моего отца работать из нашей глубинки в столицу. С перспективой получить квартиру в собственность, да и большой город манил еще совсем молодую маму, поэтому мы переехали. На тот момент мне было примерно 5 лет. В садик меня определить не смогли, поэтому за мной «приглядывала» соседка, живущая напротив, с которой наша семья успела более-менее подружиться. Да и тётя Оля, которая жила одна, сама предложила оставлять с ней девочку.
Тётя Оля — весьма приятная женщина, с огромными черными глазами, волосы черные, гладкие, блестящие — я постоянно перебирала пальчиками эти ее волосы, любовалась. Еще у тёти Оли была комната в квартире, где она шила все на свете: платья, юбки, игрушки, блузки. Там стоял манекен, много зеркал от пола до потолка, повсюду куски ткани, пуговицы и всякая всячина. Этим она и зарабатывала.
Я подросла и пошла в школу, появились подружки, занятия, секции, Олю я не видела давно и не спрашивала про нее у родителей, просто не до нее было. Помню, во втором классе ставили спектакль, но с костюмами вышла проблема. Вот тут-то я вспомнила, что «нянька» — швея, может, и школьникам подсобит. Когда я обратилась к маме, чтобы она с тётей Олей поговорила, упросила ее помочь, мама сказала, что это невозможно и точка. Без объяснений. Я к Олиной квартире — не открывает…