Хочу рассказать свои сны, которые сбывались.
Первый сон самый удивительный. Сначала предыстория. У меня заболел папа в 2002 году, поставили диагноз рак 4 стадии. Но мы надеялись, что он выкарабкается. Для нас, конечно, этот диагноз был шоком. Он никогда ни на что не жаловался, был очень хорошим, добрым, жизнелюбивым мужчиной.
И вот, мне снится осенью сон: моя покойная бабушка сидит в каком-то подземелье (как в пещере), рядом с ней Бодров (как раз в это время их завалило и их пытались найти), и она мешает ложкой в горшке кутью. Я так отчётливо видела, что это поминальная каша. И она очень грустна. Я спросила: «Что же с отцом будет?». А она: «Ничего хорошего не ждите. Дня рождения не ждите».
Ира, моя старшая сестра устроилась на работу сторожем одного заброшенного флигеля. В основной части того здания располагается библиотека, музей и архив. Такая работа весьма подходила для Иры. Денег платили немного, но зато ночная смена сутки через трое. Она в то время училась в институте, времени на нормальный рабочий день не найти, и подработка сторожем ей подходила.
На территории здания для сторожа была выделена специальная будка. Рабочий день начинался с восьми часов вечера и продолжался до шести утра. Ира всю ночь проводила в охранной будке, периодически выходя осматривать территорию. Работа вроде бы лёгкая, так как место спокойное, никогда никаких происшествий на нём не происходило. Можно сказать, охранялась территория на всякий случай, а не по острой надобности.
Я никогда в мистику особо и не верил, пока не случился в моей жизни один странный случай. Живу я в обычной десятиэтажке, на шестом этаже. С соседями отношения отличные. Стараюсь помогать всем по возможности. Но не суть.
Однажды, вернувшись уставший после экзаменов, я прилег чуточку отдохнуть. Только задремал, как у соседей снизу что-то ужасно грохнуло. Будто бы кто-то уронил огромный шкаф. Я, ясное дело, забеспокоился, может, что-то случилось? Внизу жила старенькая бабушка Софья, которая самостоятельно плохо передвигалась, только если по дому. Ей я тоже всегда помогал: то в магазин сбегать, то в аптеку.
Моему родному брату почти 30 лет, он не женат и начал встречаться с женщиной лет на 10 его старше. Выглядела она, конечно, приятно, фигурка хорошая и собой умна. По мере узнавания друг друга, она рассказала, что есть у неё дар, что может что-то такое видеть и делать, что другим не понять. А он всю жизнь тянулся к неизвестному. Пока она втягивала его в свои увлечения, и чем больше он туда погружался, тем больше она убеждалась, что он тоже что-то может уметь, просто надо показать как это видеть. Мне было до безумия всё это интересно, поэтому я его одолевала расспросами.
В каждом городе есть места, проходя по которым, человек либо крестится, либо трижды плюется через левое плечо, либо выдает нецензурную тираду. Есть дороги, которые ведут в никуда. На первый взгляд, это обычные ничем не примечательные места. Если только не знать их историю. Эти места называются «гиблыми», и о трех из них и пойдет мой рассказ.
Мне снится сон про моего единственного. Первый сон приснился 10 лет назад, на Рождество, когда сны считаются вещими и у девушек принято гадать, чтобы узнать свое будущее. Сразу после развода. Снится, что я прыгаю в озеро, хотя его наяву нет, и плыву по улице, где я раньше жила. Хотя плавать в действительности я не умею. Чувствую как глубоко, и что подо мной что-то есть. А дома стоят по улице как призраки, серые и без людей. Тут показался берег, и я выхожу прямо около родительского дома, который ещё бабушка с дедушкой покойные строили.
Меня встречает мужчина, обнимает, целует, говорит, что он так долго меня искал и уже думал, что никогда не встретит. Рядом стоит моя уже взрослая дочь (лет 14-15) и покойная бабушка. Я его спрашиваю, кто ты, а он отвечает, что он мой муж и говорит: запомни, я археолог. Я к бабушке, а она так ласково на меня посмотрела и пошла в дом. Я следом, но зайти не могу.
Речь пойдёт о семье моего лучшего друга Фимы. Дальше рассказ с его слов.
Девять лет тому назад мы с Машей поженились. Всё было хорошо. Но детей у нас не было и быть не могло. У Маши было бесплодие. Ещё в роддоме, когда она только появилась на свет, Арине Сергеевне сказали, что девочка, скорее всего, будет бесплодна. Пробовали это исправить, но безуспешно. Мы с этим почти сразу смирились.
Прошли два первых года нашей совместной жизни. Нам с Машей одновременно, что очень положительно, дали отпуск на работе. Мы поехали к матери Марии — Арине Сергеевне. Она в деревне жила, под Кировом. Арина Сергеевна, покойная ныне, тогда крепким здоровьем тоже не отличалась, и ей нужна была помощь. Но мы не собирались пробыть весь свой отпуск у неё. Только одну неделю. Вторую половину отпуска планировали провести в Геленджике, у моих родителей.
«Если слишком долго смотреть в бездну, бездна начнет смотреть на тебя».
Фридрих Ницше
За окном мчащегося по шоссе междугороднего автобуса проплывали самые разнообразные пейзажи: деревушки и поселки сменялись бескрайними зелеными полями, а те, в свою очередь, перемежались с островками березовых рощ. Местами попадались и глубокие овраги. Смешанный лес, также как и мой родной город, остался далеко позади.
Я сидел на втором от окна сиденье, а на первом сидела моя девушка, это был первый раз, когда я взял ее с собой. Но и рискованным путешествием эту поездку было назвать очень трудно, самая обыкновенная поездка в другой город. И я ехал в тот город, чтобы встретиться с одним человеком.
