Я до недавнего времени думала, что мы выбираем себе жильё. Но как оказалось, это моё большое заблуждение. Итак, всё по порядку. Наша семья решила переехать в соседний город, сказано — сделано. Спасибо моим родителям, которые мне в этом помогли и осуществили мою давнюю мечту — жить в городе Ижевске. Начали с малого. Для начала решили присмотреть однокомнатную квартиру. Ездили, смотрели, выбирали и всё было не то, не там и не лежала душа.

С этой квартирой мы познакомились совершенно случайно (как нам казалось), нужно было просто «убить» время перед очередным просмотром, поэтому заехали от нечего делать. Зашла, и мне она опять-таки не понравилась. Риэлтор что-то говорил, показывал и даже не очень её расхваливал. Она была в «убитом» состоянии: хозяева давно умерли, поэтому наследница её сдавала и не считала нужным вкладывать деньги в ремонт.

Бабуля работала парикмахером, после войны. А тогда стрижка была настоящим обрядом. Сначала умывались, брились, а уж потом стриглись. Времени хватало, и некоторые рассказчики описывали весьма интересные случаи. Так, один геолог поведал следующее.

Они с партией геологов заплутали в тайге. Смотрят, стоит охотничья сторожка, и они решили зайти в неё — погреться, обсушиться и по карте определить дальнейший маршрут. Растопили печь. Стало тепло, разулись, разделись, сидят приходят в себя, ждут чаёк. Тут из-за печки выскочила мохнатая собачонка — этакий живчик. Пушистая — ни мордашки, ни хвостика даже не видно. Бегает, ласкается, кому ноги оближет, все её гладят, не налюбуются.

Я хорошо помню время, когда мне жутко не нравилось собственное имя. Я думала: «И как только моим родителем пришло в голову такое ужасное имя? Оно старомодное и деревенское». Так длилось до тех пор, пока я не спросила у матери, почему меня зовут именно так.

Рассказываю от лица моей мамы. С четверга на пятницу твоей бабушке приснился очень странный сон. Будто она бежит в роддом, наконец доходит туда, отворяет дверь и видит перед собой свою покойную маму, твою прабабушку.

Терять близких очень тяжело. Каждый переносит это по-разному. Кто-то плачет и стенает. Кто-то замыкается в себе. Кто-то пускается во все тяжкие. Лишь бы не болело, лишь бы не сойти с ума.

Мне болело страшно, я бегала к батюшке, отец Игорь долго меня напутствовал. Говорил много правильных слов, да, я понимала, что с Богом не поспоришь, обратно не выпросишь. Он не вернёт, это Его воля. Да я и не просила, смирилась и с потерей, и с болью, просто выжить бы, у меня маленький ребёнок. Значит, мама выполнила своё предназначение и её забрали. Я даже на кладбище долгое время не могла ходить.

Первые пару месяцев она мне страшно снилась, именно страшно, просто сны ужасов. Дошло до того, что я боялась засыпать. И тут, выискивая любое спасение, я вступила в группу в ВКонтакте. Администраторы мне лично написали — двое мужчин, которые, похоже, в этом очень хорошо разбираются. Далее цитирую: «Это не ваша мама вам снится. Это низшие сущности, вы сейчас очень энергетически ослаблены, они питаются вашей энергетической силой. Отпустите её, она должна идти дальше». «Отпустите» говорят, а как? Я очень мамина дочка была, даже когда сама мамой стала.

Учась в школе, я училась ещё и в художке. У нас там была одна училка, которая занималась колдовством. Наша школа была не художественная, а школа искусств, соответственно, у нас было своё крыло в здании, художественное отделение.

А у этой тётки кабинет был отдельно, на другом этаже. У нас разные группы и курсы всегда интересовались тем, кто как работает, как учат разные преподаватели: не возбранялось зайти в любой момент на урок в соседний кабинет и посмотреть, кто что и как делает. Наши преподы требовали этого от нас, а к ней мы никогда не ходили, к ней нас не посылали, никогда не скажут: «Пойдите к Т.Н. на первый этаж, посмотрите». Мы про неё и забывали.

Поэтому не знаю, как и чему она учила своих учеников, но меня всегда шокировали их работы по дисциплине «композиция». Нам давали какую-либо тему, например, «Рождественские гуляния» (или любую другую), и нужно было придумать и написать на эту тему картину. Работы её группы всегда были мрачные, в тёмных тонах. Если там были изображены люди, то с какими-то перекошенными, злобными лицами, хищными оскалами вместо улыбок. Там так или иначе присутствовала какая-нибудь нечисть. Если по сюжету нужно было изобразить что-то из церковной атрибутики, они это уродовали до неузнаваемости: например, кресты на церковных куполах у них всегда были в виде телевизионных антенн. Я на тот момент ещё не знала о её колдовстве, но эти работы всегда меня шокировали.

Сегодня мне 32 года. Если подумать, то лишь последние четыре (плюс-минус) из них я живу без всякого «этакого» — никаких загадочных происшествий, никаких встреч с потусторонним ни во сне, ни наяву. Ничего из того, что сопровождало меня раньше. Чувство такое, будто я вдруг стала «закупоренной», как та бутылка, ни влить тонких материй больше, ни вылить.

Иногда находит – начинаю перерывать интернет в поисках сайтов с «реальными мистическими историями», читаю и упиваюсь. Потом отпускает, и опять живу «нормально». Нынче пребываю в состоянии очередного такого «запоя», сопровождаемого сильным желанием рассказать что-нибудь людям, этот сайт читающим, ибо складывается ощущение, что есть среди них личности, которых я называю «опытные запредельщики», — с той стороной знакомые, ей открытые и многое объяснить способные.

Я не хочу и не буду называть ни своё имя, ни имя человека, страдающего от порчи на смерть в мучениях. Надеюсь, вы не против, если я обозначу его буквой Р. Итак, начнём.

Бурная молодость была у Р. Выпивка, сомнительные друзья, трава… В один прекрасный день Р. пришёл домой и увидел лежащую перед калиткой землю. Вряд ли он придал этому какое-то значение. Но, как выяснилось, зря. Р. разгрёб эту землю ногами и пошёл дальше.

Позже у него начались проблемы со здоровьем, а точнее, с прямой кишкой. Бесконечные скитания по больницам ничего не дали. Только боль и мучения продолжали расти. Пока Р. не поехал к бабке. Та провела какой-то обряд с помощью яйца и вынесла вердикт: порча на смерть. Р., кажется, не поверил, ибо к знахарке он ездил где-то лет пять назад.

История моя началась давно. Мне было 22 года, когда я стала вдовой. С мужем мы почти разошлись. Не жили примерно около одного года, потом решили помириться.

В ночь его смерти мне приснился сон. Стою я на мосту в свадебном платье, и меня подбирает машина «камаз», в ней два парня, и я их знаю. Один из них — друг моего мужа, а второй приятель. Подъезжаем мы к поселку Заречный, выходим из машины, и тут я обнаружила, что всё моё свадебное платье в крови. Я в недоумении.