В начале июня этого года мы с сёстрами поехали к подруге на ночёвку. Я как-то умудрилась подхватить высокую температуру. Ну, думаю, всё, накрылись мои каникулы! И каково же было моё удивление, когда на следующий день я проснулась совершенно здоровой!

Когда Рита (имя подруги изменено) об этом узнала, то сказала:

— Это, Селина, тебя Вертиньяна вылечила.

Никто, естественно, ничего не понял, так как мы с сёстрами знали про эту Вертиньяну столько же, сколько и вы. Тогда Рита рассказала нам легенду, которая уже давно ходит по этому посёлку. Далее с её слов.

Эту необычную мистическую историю два года назад мне рассказал послушник Гефсиманского скита на Валааме, в миру Андрей Скабко, в прошлом выпускник мехмата МГУ. На мой вопрос, не это ли событие привело его сюда, он ответил отрицательно.

В прошлом году я снова посетил обитель, где встретился с Андреем и попросил его уточнить некоторые детали, но он наотрез отказался, назвав всё это «бесовским наваждением» и «я бы хотел забыть». Поэтому предлагаю его рассказ от первого лица в первоначальной редакции.

Я обнаружил себя лежащим на голой железной кровати на берегу то ли большой реки, то ли залива — из-за тумана было плохо видно. Под кроватью валялся рваный оранжевый зонт, который ни о чём мне не говорил.

Новое виденье давно забытой истории о кровавых днях Франции, о двух сотнях мёртвых детей и юных дев, о Жеводанском звере, державшем в страхе целую провинцию Жеводан.

16 ноября 1765 — 20 июня 1767 года

***

Я глянул в узкое оконце, заделанное металлической решёткой: на улице была ужасная погода. Все дороги и тропы развезло, любая телега увязла бы в такой грязи, даже сильные грузовые лошади не могли спасти положение. Уже неделю шёл проливной осенний дождь, делавший моё ожидание освобождения ещё более мрачным и грустным.

— Сын мой, скоро мы сможем покинуть это место, — пробормотал слегка простуженный отец из угла камеры.

— Надеюсь. Ожидание сильно утомляет меня.

— А ведь мы здесь из-за тебя, Антуан! — воскликнул мой брат Пьер.

После смерти прабабушки папе по наследству остался старый дом. Как гласит легенда нашей семьи, этому дому уже 150 лет. Во время русско-турецкой войны солдат там похоронили в общей могиле, а потом эту могилу сровняли с землёй и построили дом.

У прабабушки было семеро детей, во время войны трое умерло от голода. Прадедушка во время войны попал в плен, ему удалось сбежать, и он всю оставшуюся жизнь болел и лечился травами. Дедушку я не видела, так как он умер рано.

В доме ничего такого не происходило, хотя в детстве я вообще не могла находиться в нём. В Молдове, где я живу, в каждом доме есть большая комната для гостей, она без отопления, называется «каса маре» по-нашему. Бабушка, когда спала в ней, рассказывала, что чёрная рука душила её, а папе снились чёртики, которые вылезали из земли. Я в том доме редко спала, только в другой комнате на печи. Там ничего не происходило.

1) Бог Кобра

Где-то в Восточной Индии

Трое мужчин, вооружённые палками с раздвоенными концами, окружили кусты. Там, в гуще зарослей притаилась огромная змея. Чёрная, с бледно-жёлтыми полосами по туловищу. Один из мужчин попытался прижать её голову раздвоенной палкой к земле, но огромная рептилия поднялась вертикально, расправляя капюшон и приоткрывая рот. Королевская кобра. Змея заняла оборонную позицию в кустах, но опасность была со всех сторон.

Один из мужчин привлек её внимание движением руки, змея повернулась в его сторону, и другой мужчина, используя палку-пинцет, захватил её шею. Огромная змея заизвивалась, но ещё двое мужиков схватили её руками за шею и туловище, выволокли из кустов и принялись запихивать в холщовый мешок.

По молодости я работала на фабрике швейной, весь день думки разные, наушников не было музыку послушать, а мысли разные были. Сижу как-то в один день так, думаю себе о своём и в окно поглядываю. Кто знает строения цехов на швейной фабрике — три бригады возле окна посерединке и с другой стороны. Я почему-то оказывалась посередине всегда, думала себе и в окно смотрела.

И вдруг в мыслях всплывает такой вопрос «Кто из нашего цеха болен эпилепсией?» и вниз голову. Работаю и снова в сторону. Взгляд мой падает на девушку, сидящею у окна, примерно 19-20 лет. Опять тот же вопрос и повторяю движения вниз и в сторону и опять на эту же девушку возле окна. А в конце недели у этой самой девушки был приступ — в туалете заперлась.

Как-то раз уехали родители в военный санаторий вдвоём, а нас с сестрой оставили на попечение соседки Веры Сергеевны. Мне в ту пору было лет 12, а сестрёнке и ещё меньше. Вера Сергеевна по возрасту годилась нам в бабушки, ей было уже под 60. Она была очень славная женщина, спокойная, рассудительная.

И рассказала она нам одну историю, которую я до сих пор не могу забыть. Было это ещё до войны, в одном из глухих сибирских посёлков, где и выросла Вера Сергеевна. Буду вести рассказ от её лица.

Помнится, мне тогда было годков 6-7, не больше. Дом наш стоял на окраине, возле самой тайги. И было в нашей деревне небольшое озерцо, а за ним непроходимая трясина, которая заканчивалась далеко в тайге.

Небольшая и уютная Швеция сейчас считается самой толерантной из множества стран с разными политическими и экономическими режимами. Второй по величине город Швеции — Гётеборг, он расположился на берегах холодного, но безумно красивого пролива Каттегат и является главным портом страны, а также славится тем, что здесь находится резиденция самого епископа.

Многие туристы со всего мира едут сюда, чтобы увидеть одно из самых старых зданий Европы — Крунхюсет, прогуляться по кучи древних и безусловно впечатляющих церквей, посетить исторические выставки, а также увидеть шестидесятидвухметровую Морскую башню и Морской центр, в котором работал глава исконно шведского семейства Аксель Зермерлёв.