Сейчас я расскажу необычную историю, которая приключилась со мной на одном из обслуживаемых объектов. Если вы читали мои истории ранее, то знаете, что занимаюсь я ландшафтным дизайном, садовыми работами и прочим, почти всем, что связано с озеленением.

Воспоминания о том случае пришли мне только сегодня, хотя произошло это, без малого, уже три года назад. Был у нас объект в ближайшем Подмосковье, и работ мы там производили немного, но достаточно, чтобы задержаться на недельку. Земляные работы, автополив, укладка газона и, наконец, совсем чуть посадок. О случае во время посадок я вам и расскажу.

Была уже осень, идеальное время для высадки многих видов крупномеров, например, таких, как декоративные липы. Их-то мы сажали. Деревья пришли довольно крупные, почти тридцать пять сантиметров в обхвате, с крупным и без того тяжелым комом. Как назло, ещё пошёл дождь, с каждой секундой увеличивая массу прибывших растений, которые необходимо было посадить сегодня.

Повадился кто-то воровать оградки возле могил на кладбище. Почти каждую ночь исчезала оградка с чьей-нибудь могилки. Видать сильный вор был, некоторые оградки снимал вместе с бетонной заливкой и уносил неизвестно куда. Решили, что ворует и продает где-нибудь в других селах или на металлолом сдает, но никак не могли его поймать, даже милиция дежурила и ничего не заметила. Как только устраивали засаду, оградки целы, как засады нет — очередная оградка исчезает. Откуда мог знать этот вандал, когда засада будет? И, главное, следов машины нигде не было, видно на плечах уносил, а куда никто не знает. Служебная собака след не брала, только понюхает, потом фыркает и отворачивается.

По поселку пошли слухи, что это нечистый безобразничает и по ночам на кладбище уже никто не ходил дежурить, боялись нечистого. Даже батюшка ходил с кадилом вокруг кладбища, молитвы читал, все равно не помогало.

Мне снился очередной кошмар, дышать было тяжело, но я понимала, что это только сон и стоит мне проснуться, как весь это ужас закончится. И неимоверным усилием воли я проснулась вся в холодном поту.

Спавший возле меня кот, почуяв, что я уже не сплю, спрыгнул на пол. Он почему-то всегда так делал. Может, надеялся, что я пойду следом, насыплю корма. Но я лежала еще под впечатлением сна, вся задеревеневшая. Я потянулась, чтобы немного снять напряжение и моя рука коснулась мирно спавшего рядом кота! Я резко одернула руку и включила настольную лампу, которая всегда стояла на тумбочке. Кот был рядом! Он тоже потянулся и как это он делает всегда, спрыгнул с кровати и пошел на кухню.

Если б я не столкнулась с похожим, то, наверное написала бы, кто-то пошутить решил с автором истории, который работал сторожем на кладбище.

Однажды мы с мужем поехали на дачу в Лес Салинс, это Валония. Там природа почти никто не живёт. Точнее не дача, а парк-лагерь с трейлерами-комнатами, который мы снимаем. Там есть спальня душ кухня, туалет, стиральная машинка, сушилка и т.д.

В тот день надо было ехать покупать продукты, и мы проезжали всегда мимо огромной красивой церкви, которая почему-то не работала или в определенные дни, но за 3 месяца отдыха ни разу не открыла свои двери. В Европе батюшки живут в своих домах и у них семьи есть. Народу нет там, одна природа, в город ехать 10-20 минут.

Я попросила мужа остановиться, посмотреть на церковь, а сзади было кладбище среднего размера, очень старые могилы 18-19 века. В Европе на таких кладбищах хоронят только святых людей, по мнению церкви или тех, кто сделал церкви много добра.

Прочитал я на этом сайте историю от сторожа на кладбище про плачущую женщину и долго был в шоке, так как сам испытал почти то же самое. После прочитанного, я решился написать свою историю о пережитом. Если раньше меня терзали сомнения, то теперь точно знаю, что не я один стал свидетелем этого необъяснимого мне явления, раз и другие пишут такое.

Устроился я сторожем на местное городское кладбище. Скажу честно, я был ленив, работать с 8 до 5 не хотел, и был не суеверен. Не верил я тогда ни в Бога, ни в черта, был воспитан атеистом в духе времени СССР и работу эту хотел еще и с тайным умыслом для себя. В моем представлении на тот момент сторож на кладбище это работа «не бей лежачего», сидишь себе, закрылся, переночевал, начальство за спиной не стоит, деньги каждый месяц стабильно платит.

А умысел был в том, что я был молод и хотел соединить два в одном — работу и развлечения. Была у меня компания товарищей на тот момент, таких же молодых разгильдяев, и я думал звать их по ночам к себе, пить (а кто этим не грешил?) и играть в карты. Ночью вряд ли бы пришли на кладбище проверять, как я работаю, а так каждую ночь можно кутить, нет противных соседей за стеной, и еще и деньги дают. Да и кому может мешать застолье посреди кладбища на отшибе города? Вот так тогда я рассуждал, и в моем представлении это была чуть ли не лучшая работа в мире.

Снится мне странный сон, будто нахожусь я в каком-то городе, брожу по нему. Вот прохожу и вижу мужской монастырь, а вот парк, и в нём бювет (источник с водой минеральной), а дальше универмаг, а вот телеграф.

То, что я поеду в командировку, и в мыслях не было. Так получилось. Был 1993 год, с работой плохо, зарплата раз в три месяца и то частями. И вот однажды, буквально месяца через два-три после моего странного сна, к себе в кабинет вызывает начальник и говорит: «Не хотите ли вы поехать в Ессентуки, на ремонт санатория?». И что нам оставалось делать? Выживать как-то нужно, и мы согласились. Мы, четыре женщины, согласились поехать, выхода не было, у каждой ведь были дети.

И вот мы приехали в Ессентуки. Поселились в комнатах и вечером решили пройтись по вечернему городу. Идём по улице, подходим к воротам одного здания, а там, на воротах, стоят два монаха. «Вам сюда нельзя, это мужской монастырь», — говорит один из них. Идём дальше по дорожке, заходим в парк, навстречу выпрыгивают белочки, а дальше — бювет с источником.

Два года назад я потеряла на улице сознание. Добрые люди вызвали бригаду скорой помощи. Пока вызывали, пока меня грузили, пока довезли, был уже глубокий вечер. Привезли меня в ближайшую больницу, в совершенно незнакомом мне районе. Выгрузили в приемном отделении, потом — операционная, общий наркоз, маленькая, но необходимая операция.

И вот, как только мне воткнули в вену иглу, я полетела. Совершенно невероятное ощущение! Себя на операционном столе не видела, врачей тоже не видела, я просто вылетела в окно. Четкой цели у меня не было, я обогнула здание, влетела через окно в палату, упала на какую-то кровать и уснула.

Когда я отошла от наркоза, первое, что бросилось мне в глаза — массивная решетка на окне. Я схватила соседку по палате за руку и спросила: «А когда успели решетку поставить, я же только что здесь пролетала, не было никакой решетки?».

Все это было бы очень смешно, если бы не моя утренняя беседа с соседками. Я веселилась и в подробностях описывала свой «полет» и все, что я в это время видела (тогда я еще винила во всем наркоз). И радостно взахлеб рассказывала девчонкам про грязно-кремовую стену, больницу без окон и громадные мрачные узловатые дубы, и заброшенные вороньи гнезда на этих самых дубах. И еще какие-то мельчайшие подробности, вплоть до отвалившейся штукатурки на нашем окне.

Мистическая история, о которой я хочу написать, произошла со мной зимой 2005 года. Тогда я ещё работала на одной из шахт нашего города в маркшейдерском отделе. Дела на шахте шли из рук вон плохо. Руководство менялось по нескольку раз в году, но добыча угля от этого не увеличивалась, производство требовало реанимации. Для очередной «галочки» в отчёте вышестоящему начальству нас, сотрудников ИТР шахты, собрали на экстренное совещание. На этом совещании решали, как увеличить добычу угля.

«Подземные» сотрудники шахты, то есть геологи, маркшейдеры, нормировщики, должны были круглосуточно по очереди дежурить в шахте. Следить за своевременной доставкой партии вагонов на участок, за насыпкой вагонов, за транспортировкой. Работа эта была «из-под палки», никому не нужной, так как в шахте работали серьёзные люди, которые отвечали за свои рабочие места и за свой труд. Но раз постановили — выполнять надо.

И стали мы дежурить по графику, то есть помимо основной работы в день дежурства ехали в шахту и проверяли там полностью рабочую смену. Толку от нашего присутствия не было никакого, так создавалась видимость работы руководства.