Рассказы про ведьм, колдовство и порчу: страница 10

Эта мистическая история началась в далёком 1950 году.

В маленькой сибирской деревне, затерянной среди тайги, ждали возвращения солдата из армии. Стол накрыт, гости созваны, есть среди них приглашенная девушка, которую мать заранее присмотрела в жены своему младшему и самому любимому сыну.

И вот, наконец, на дороге появился тот, кого так долго ждали. Но вернулся он в родные места не один, а с молодой красавицей женой.

Матери другая невестка не нужна, она свой выбор для сына уже сделала. Женщина она сильная, с характером, и ни кому не даст нарушить своих планов. Решение было принято мгновенно, невесту нужно извести, благо и знания, и умения для этого имеются.

В нашем маленьком поселке я часто слышала разговоры о разных подкладах и порче. Но я не верила в эти страшилки, пока сама не столкнулась с этим.

Я вышла замуж за вдовца. У него был взрослый сын, который жил далеко, а рядом по соседству был дом племянника моего мужа. С ним и его женой у меня установились не то, чтобы родственные, но нормальные отношения. Сначала меня восприняли немного холодно, потом все сгладили их дети (5 и 8 лет). Они постоянно были у нас, я старалась угостить их чем-то, мои дочери школьницы подружились с ними. Так мы начали общаться по-родственному.

Однажды я услышала, как муж кричит на моих детей. Я вышла во двор узнать, в чем там дело, и с решимостью вмешаться и защитить своих девочек. Они стояли испуганные, а муж держал в руке какую-то палку с кисточкой на конце. Увидев меня, он сказал: «посмотри, что они притащили в дом». Это оказался кусок коровьего хвоста, который я издали приняла за палку. Дети отрицали, говорили, что впервые его видят. Конфликт закончился неожиданным появлением другой соседки, бабы Нины. Она услышал наш разговор, сказала, что дети здесь, скорее всего не причем, а хвост обязательно нужно сжечь. Мы так и поступили, дым был черным, но мы не удивились, ведь шерсть на конце была.

Расскажу эту историю в назидание всем людям, переживающим в данный момент сердечную драму и задумывающимся о любовном привороте.

Случилось это довольно давно. Моя одногруппница решила приворожить на вольт (восковую фигурку) студента нашей группы. С её слов, этот парень (пусть будет Игорем) собственно говоря, и не был ей очень симпатичен и чрезвычайно сильных чувств она к нему не питала. Эта девушка (назовём Юлией) хотела таким образом найти временное утешение после недавнего расставания с её прежним молодым человеком, залечить свою душу в объятьях другого юноши и заодно проверить, на что способны бесы и приворотные обряды. Ради развлечения и из праздного любопытства.

Это был зимний день, пятница или четверг, не помню. Игорь стоял вдали от студентов нашей группы и общался с другими парнями. Юлия, хитро глядя на него, сказала: «Пока не обращает внимания, но ничего, скоро в ногах мальчик ползать будет!». Потом Игорь сел уже поближе к нам, крепко уснул, устав после работы в ночную смену. И пока он спал, для Юлиных целей другая девушка срезала ему прядь волос и постригла ему ногти на руках. Ну а в ночь с пятницы на субботу у деревенской ведьмы дело было сделано. Если честно, для меня, как стороннего наблюдателя, всё это выглядело достаточно смешно (пока в Игоре не произошли явные изменения).

Читала на сайте истории о вампирах и решила написать свои. Надеюсь, будет интересно или полезно. Сталкивалась с двумя видами.

Первый — обычные энерговампиры — подошел и присосался.

Опишу два случая. В университете, где давно училась, был один преподаватель. Старый, неприятный, посредственный специалист и еще более посредственный лектор. Но что я заметила, он предпочитал не стоять на кафедре, и даже не прогуливаться вдоль рядов, а стоять у моего стола. Даже подружка, смеялась, что стоит не с ее стороны (мы сидели за одним столом), а с моей. После его лекции или семинара всегда ощущала себя, как «выжатый лимон». Я не нашла ничего умнее, как про себя или шепотом его от себя гнать. Сработало, постепенно перестал стоять близ меня. А второй случай был в скорости. Только устроилась на работу и такая же начальница. Если с ней повстречаешься, тем более побываешь в кабинете — до дома едва могла доползти. Поступила так же.

А вампиры второго вида — это вампиры-колдуны.

Мне пришла на ум одна далёкая история из моего детства. Рассказывал её дед Степан. Будучи ещё совсем юнцами, мы с друзьями обрывали у него яблоки, пока он копался в своём огороде. А когда примечал нас за этим занятиям, вход летела его клюка. Чуть погодя, когда мы уже немного повзрослели и перестали делать всякие пакости, дед Степан стал рассказывать нам разные историй, от которых у нас стыла в жилах кровь, а взамен своих историй, старик просил нас помогать ему —  то воды принести с колодца, то в магазин сбегать за продуктами. Без малого ему уж на тот момент было около восьмидесяти лет, бабка его уже  пять лет назад отошла в мир иной.

Вот в один из таких погожих летних деньков, как обычно я натаскал ему водицы в хату, сходил в местный магазин за хлебом и само собой стал требовать какой-нибудь рассказ. Ладно, расскажу одну сказку тебе, закручивая козью ножку и присаживаясь на свою завалинку, промолвил старик.

Эта мистическая история о чуде, которое было в моей жизни.

Моя старшая сестра (ей 24 года) родилась с достаточно редким заболеванием — финилкитанурией. Вдаваться в подробности заболевания не буду, но опишу последствия. Она очень плохо говорит, не ходит (просто не хочет), и она бьёт сама себя и сильно кричит (это навязчивые движения). Когда родилась я (мама, к слову сказать, не занималась лечением сестры), Женю забрала моя бабушка и начала ходить по врачам, которые сообщили, что они бессильны, и это неизлечимо. Тогда бабушка пошла к отцу Герману (известному батюшке, который в нашей лавре отчитывает людей). Он сказал, что тоже не может помочь, так как это заболевание — проклятие на нашей семье и передаётся по женской линии оно уже 12 поколений.

Тогда моей бабушке посоветовали поехать в Свято-Троицкий Дивеевский монастырь. Находится он в Нижегородской области. В 1994 году она, не раздумывая, собралась, взяла сестру и поехала туда. Там она встретила батюшку (честно, я никак не могу запомнить его имени), который сказал, что будет приходить и отчитывать мою сестру. Он приходил каждый день в течение 10 дней.

В жизни я неоднократно сталкивалась со странными явлениями, разными мистическими совпадениями.

Три месяца назад я вышла замуж, и всё бы ничего, если бы все мои родные не были настроены против моего брака с этим человеком. Ничего плохого он не сделал, но моя мама сразу его невзлюбила и настроила против него моих родных, а также одну свою очень интересную знакомую. Это бабушка, которой уже за 80 лет. Она очень необычный человек, верующая, большая молитвенница. Когда она приходила в гости к маме, то говорила ей, чтобы она читала акафист святым Киприану и Иустинии, а, как известно, им молятся против колдовства. Почему-то у мамы и этой бабушки сложилось мнение, что надо мной было какое-то «колдовство».

Приближался день росписи. Мы не хотели торжества, хотели просто сходить в ЗАГС и всё, но всё-таки мои родные для галочки собрали стол, решили отметить. Все сидели с каменными лицами, с нетерпением ждали окончания. Мы отпраздновали и уехали с мужем в деревню, а на следующий день к нам подъехали мать мужа, моя родная сестра, двоюродная и моя тетя.

Расскажу я вам историю, которая случилась с моей бабушкой Клавдией в 1943 году. История невероятная, неправдоподобная, но, тем не менее, она произошла в нашей семье и стала уже легендой.

Родом бабушка из села Муромцева Омской области. В 1931 году Клава вышла замуж за выпускника Омской пехотной школы им. Фрунзе Павла. Долго они скитались по гарнизонам — Якутск, Чита, повоевали на Халхин-Голе, а в 1940 году отправились к новому месту службы в Днепропетровск в Украину.

Сразу, как немец в июне 1941 года начал бомбить Днепр, она с дочерью, моей мамой, из Днепропетровска была эвакуирована в Москву, а оттуда в Сибирь, в родное село Муромцево, где жила вся её семья — мама, папа и трое из пяти её сестёр.

В 1943 году пришло в дом письмо с фронта — «Ваш муж,  подполковник Врубель Павел Антонович во время боёв пропал без вести». Обычное такое казённое письмо, какое в те годы получала добрая половина женщин. Бабушка слегла. Никого не узнавала, перестала кушать, не разговаривала, начала заговариваться, кричала в горячке, звала мужа. В общем, плохо всё было с Клавой. Обратились к местному врачу, эвакуированному из Ленинграда. Очень был умный доктор с диковинной фамилией, мама называла, да я уже забыл. Вот он бабу месяц лечил-лечил, а потом сам предложил обратиться к местным знахарям, ибо тут, говорит, «случай болезни душевной, а найти такого специалиста в селе сейчас нет никакой возможности».