Некоторое время мне довелось работать в больнице. Больница наша отличалась от других только тем, что её пациентами были беременные женщины, новорождённые и дети до шестнадцати лет. Конечно, как и в любой больнице, у нас погибали люди. Но особенно ужасно было то, что это были роженицы, родильницы и дети разных возрастов. Смерть не обходила их и не медлила, не оставляя шанса врачам обхитрить её. Казалось, её неумолимые шаги можно было услышать.
На шестом этаже, где находилось отделение детской реанимации, её присутствие, казалось, физически ощущалось. Даже в самые солнечные дни, когда солнце игриво тянуло свои лучи сквозь окна и играло ими на плиточном полу, было просто невозможно отделаться от чувства тревоги и внутреннего беспокойства. Словно сама костлявая с косой ходила по коридору и заглядывала в открытые палаты.
Эту историю рассказала моя знакомая по имени Женя и попросила меня написать ее. И я выполнил ее просьбу. Рассказывать буду от ее лица.
В тот день я сидела на скамейке на городском кладбище. В вышине деревья шумели своими зелеными кронами, а над деревьями неслись по голубому небу стада кучевых облаков. Погода в тот день выдалась нежаркой. Когда пригревало солнце, становилось слегка жарко, но налетающие порывы северного ветра заставляли кутаться в ветровку.
На столе, стоявшим рядом со скамейкой, лежал плеер, из которого доносились звуки песни: «Там, на кладбище, так спокойненько, ни врагов, ни друзей не видать. Все культурненко, все пристойненько. Исключительная благодать». Я ему тихонько подпевала.
Все знают, что от нечисти помогает молитва «Отче наш». Но я знаю, что до христианства на Руси в таких случаях, говорили: «Чур меня». Эти слова призывают души ваших предков до седьмого колена, и они сражаются с нечистью за вас. Это не пустые слова. Я в этом уверена.
У меня никогда не было семьи как в рекламе стирального порошка или сливочного масла. Что было, то и было. В пятнадцать лет я уже начала курить и, конечно же, не хотела, чтобы моя мать знала об этом. Живем мы не богато, трехкомнатная квартира без излишеств. Если зайдешь, перед тобой коридор, сразу слева кухня, чуть дальше зал, а затем перед тобой ванная и туалет, по обе стороны которых еще две комнаты.
Я хочу вам рассказать историю, которая произошла с моей мамой три месяца назад. Начну с того, что в нашем доме живут мама, папа, брат и я. Вот одной ночью мы спали: папа в своей комнате, я в своей, а мама с братом в зале — мама на одном диване, а брат на другом. Настало утро. И вот что мама рассказывает нам.
Она спросила брата, говорил ли он ей что-то той ночью? Он сказал, что тоже такое помнит, что говорил ей что-то. Мама сказала, что чувствовала, как кто ее на шее душил, только она не видела кто.
Эта трагическая история произошла в одной знакомой мне семье, живущей неподалёку. Имена и некоторые личные детали я изменю, в остальном история останется прежней.
Михаилу уже было за 50, и тяжёлая работа всё больше и больше сказывалась на его здоровье. В строительной фирме, где он работал, началось сокращение, и его уволили. Но бездельничать он не привык и организовал своё небольшое дело. Михаил скупал старую технику или забирал ненужную по объявлениям, ремонтировал её и продавал за небольшую плату. Желающих купить было предостаточно. Дело шло хорошо и приносило небольшой, но стабильный доход.
Домовой или, как его еще называют, Сосед, Хозяин, Сам, Доброхот, Кормилец, Дедушка, Лизун («по стене» или от «тени») или Батан (не то в смысле бати, отца, не то братана, то есть не родного брата), — важнейшая часть жизни каждого человека, ведь любой человек живет в каком-никаком доме, а значит, ежедневно сталкивается с домовым, поскольку нет дома без домового, как и нет домового без дома.
Стоит даже неспециалисту немного углубиться в мифологию, фольклористику и невозможно оторваться. Никакая фантастика не сравнится с реальностью мира: это был другой мир, другие люди, почти инопланетяне. Никто в этом мире не сомневался в реальном существовании домовых. Их видели, с ними говорили, им угождали. И это мифическое, на наш взгляд, существо было неотъемлемой частью мира, в котором жили наши предки.
У нас на Крайнем Севере, как и во многих частях нашей бескрайней России, тоже есть то, что называется домовыми. Старцы называют их духами-оберегами, дьиэтээhи — домовой и дьиэ иччитэ — дух дома. Есть одна история и про них. У чукчей их, правда, по-другому называют, но смысл один и тот же. Чтобы не путаться, буду его называть привычным названием, то есть домовым. У чукчей домовой — строгий дух, не терпит непослушания. Наказания за это бывают разные, смотря какого характера домовой.
Проснувшись, я как обычно включил телевизор и достал из холодильника торт. Вчера у меня был день рождения, осталось ещё много еды. Я воткнул ложку в торт и прямо так его ел, ведь я был очень уставший, и запивал недопитой газировкой. Наложил кошке (которую я недавно нашёл на улице и приютил) корма в миску, а также своему псу Тузику. Когда я впервые принёс кошку в дом, пёс отреагировал очень спокойно, не пытался порвать её, даже ни разу не гавкнул. Но я сейчас не об этом.
Кошка у меня болеет немного, изредка чихает. Сидя за компьютером и играя в игры, я услышал через наушники какой-то приглушённо-отдалённый чих, который шёл откуда-то с кухни. По привычке не задумываясь я крикнул: «Будь здоров!», и продолжил мирно играть. Но краем глаза заметив какое-то рыжое пятно, я оглянулся и понял, что это моя кошка. Пёс мирно спал рядом. И только сейчас до меня дошло: «А кто же чихал?».
