Какое-то время моя тётя Мария ухаживала за нашей пожилой и больной родственницей, которую звали Натальей. Вскоре тётя Наташа умерла, и Мария стала жить одна в доме покойницы. Это был старый сельский домик. Вот что она рассказала (дальше с её слов).

В одну из первых ночей после того, как я начала обживаться в одиночку, происходило что-то странное. Сплю я на своей кровати и чувствую, что кто-то мне давит на шею. Я открыла глаза — никого. А душить продолжали. Лежу, пошевелиться не могу, а давит всё сильнее. Думала, что для меня всё уже кончилось, вся жизнь перед глазами пролетела.

Я стала мысленно молиться. Постепенно хватка ослабевала, и через какое-то время я почувствовала, что меня будто отпустило. Заснуть потом так и не смогла, всю ночь проворочалась. Меня мучила какая-то тревога, я чувствовала себя плохо, было очень жарко, и ощущалась странная слабость во всем теле. Постоянно слышала шаги с улицы, будто кто-то до самого рассвета ходил возле дома и пытался заглянуть в окно. Встать было и тяжело, и страшно. Чтобы выйти на улицу и проверить, что там происходит – даже думать об этом не хотелось.

История это реальна, но произошла довольно давно с одной молодой женщиной. Звали ее Зоя. Было ей тогда около 30 лет, жила она одна в частном доме в деревне. Ходил к ней тогда один мужчина, которого звали Николай. Помогал по хозяйству, очень часто оставаясь у нее на ночь.

Так продолжалось, пока вдруг Николай внезапно не умер. Он был также довольно молодым, но однажды, когда колол дрова, как-то очень неудачно поранился. Рану, конечно, сразу промыли, забинтовали, как могли, да и все на этом. Но через несколько дней стало понятно, что рука не только не заживает, а с каждым днем все больше опухает и отекает. Надо было в больницу, да только какие деревенским жителям больницы, к тому же в то время. Рана продолжала гноиться, в итоге пошло заражение крови, и молодой здоровый мужчина умер, от пустяковой, казалось бы, болячки.

Я не скажу, что этот рассказ будет самым страшным из всех что вы читали, нет. Просто хочу заставить вас поверить в мистику, доказать, что она существует.

Часто после школы мы с подругами любим собираться где-нибудь в тихом местечке и рассказывать страшные истории. Есть из их жизни, есть из жизни других людей, но все они, уверяю вас, правдивые. В тот день у нас было мало уроков. Настолько мало, что мы могли просидеть вместе достаточно долго, чем мы и занялись. После нескольких историй моя подруга Наташа, живущая через дорогу от кладбища, подала голос.

«Третий ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала она на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде Полынь, и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что стали они горьки…»
Апокалипсис, 8

Глубокая ночь. Тишину нарушает лишь еле слышный шум деревьев в парке да шепот кустов во дворах. Город спит и видит счастливые сны. Последние сны. Никто из пятидесяти тысяч человек, жителей города, не знал, что их жизнь изменилась навсегда, никто не знал, что буквально несколько минут назад открылся ящик Пандоры. Люди спали и не ведали, что к городу подбирается невидимая смерть, всего несколько минут назад начал извергаться вулкан, страшный вулкан, вулкан, который еще ни разу до этого не видело человечество. Радиоактивный вулкан. Никто из жителей города не знал, что в эту самую секунду на пульте пожарной охраны раздался звонок, и пожарные машины понеслись, разрывая ночную тишину леденящим душу воем сирен, смелые парни ехали на верную смерть.

Дождь лил как из ведра и сильно затруднял передвижение по лесу. Ливень продолжался уже три часа. Даже здесь, в густом смешанном лесу, под кронами деревьев, давно уже было грязевое болото. Ноги просто разъезжались по грязи, и я чувствовал себя как корова на льду. С самого утра у меня было желание послать все это мероприятие куда-нибудь подальше. Ведь есть же правило: не хочешь браться за дело, с души воротит – ну так не берись. Теперь поздно уже пить боржоми.

Была осень, октябрь, и дождь вполне мог зарядить на целый день. Я залез под разлапистую ель и вытащил карту. Если верить этой цветной бумажке с неровными линиями, я уже давно должен был оказаться в дачном поселке, а лес должен был остаться позади. Выходит, я что-то где-то перепутал и теперь безнадежно заблудился. Черт и еще раз черт! Переждать непогоду под елкой было плохой идеей, даже здесь было сыро и зябко, а сквозь ветки стекала холодная вода, капала мне на макушку, а затем текла по ушам. Вот елки-палки. И я, шагая по мокрым листьям и скользя по грязи, пошел на запад, туда, где по идее, должен был быть дачный поселок.

Это случилось совсем недавно. Наша любимая кошка Муся родила трёх чудесных котят. Но так как у нас и без них проживало две взрослые кошки и кот, сестра решила не оставлять котят. Она сказала, что знает, как избавиться от них и сделала всё сама.

Как она рассказала потом, она их просто утопила в ведре. А так как ведро стояло в кладовой, она забыла вынести в этот день ведро с утопленниками.

Решили мы с друзьями пойти в поход на неделю. Поход представлял собой не просто путешествие по лесам и горам, а в том числе и по заброшенным, давно опустелым деревенькам. Большинство из них представляли собой лишь пустынные земли, на которых, как гнилые пни, кое-где еще стояли полусгнившие, вросшие в землю обломки домов. Так вот, собрали мы свои рюкзаки, запаслись провизией на неделю, взяли фонарики, запасные батарейки к ним, спички и тому подобные предметы, необходимые каждому уважающему себя путешественнику. Также мы взяли фотокамеру, так как хотели наделать кучу снимков окружающей нас природы и, конечно, тех гиблых мест, к которым мы так неразумно направились.

Я иногда общаюсь с маятником на кухне. Там у нас висит большое зеркало, и почти вся кухня в нем отражается. Общаюсь преимущественно в десять-одинадцать вечера только при освещении свечи. Так уютнее.

Однажды вечером я вновь взяла в руки свой маятник, задала ему пару вопросов. По окончании сеанса решила угостить домовенка и того, кого призвала отвечать на мои вопросы. У нас тогда было много вкусного, праздник какой-то был. Взяла пару маленьких мисочек и наложила всего-всего. Одну миску поставила на настенную полку, а другую — на холодильник и ушла.