Под вечер Макс почувствовал, что уже не может пялиться в книгу. Глаза слипались сами собой и, изо всех сил борясь со сном, он уже в который раз читал один и тот же абзац учебника. Помаявшись так некоторое время, он заставил себя отложить книгу, плюнуть на возможную несдачу завтрашнего зачета, справедливо рассудив, что продолжая заниматься в таком состоянии он не то, что ничего нового не узнает, а наоборот — забудет даже то немногое, что выучил до этого.
Исходя из этих соображений, Макс отшвырнул книгу и поплелся в ванную умываться. Наклонившись над раковиной он с удовольствием подставил лицо под ледяную воду и почувствовал, что сон немного отступил.
— Может еще немного покорпеть над учебником, — подумал Макс, распрямляясь и взглянув в зеркало. И вот тут сон слетел с него окончательно. Только уже ни о каких занятиях речи тоже и быть не могло. То, что он увидел в зеркале, висящем над раковиной, не лезло ни в какие ворота, не укладывалось ни в какие рамки и потрясло его до глубины души. Хотя «потрясло» — не совсем то слово, вернее было бы сказать — напугало так, что он напрочь лишился дара речи и способности хоть как-то соображать. В принципе, ничего особенного в зеркале не было — только отражение ванной и его, Макса, отражение. Только вот если Макс стоял, опершись руками о края умывальника, с побелевшим лицом и отвисшей челюстью, то его зеркальный двойник скрестил руки на груди и злобно усмехался, напрочь игнорируя фундаментальные законы оптики.
История эта произошла года четыре назад. Мне очень хотелось бы, чтобы она была плодом моего воображения, но, к сожалению, она абсолютно правдива.
В то лето мы с родителями жили в пансионате на берегу Черного моря. Пансионат был хороший, до моря — рукой подать, а над морем красивая набережная. В наш первый день на море я пошла на пробежку по этой набережной (с 11 лет не изменяю этой традиции). Тогда я и познакомилась с Юлей. Она сидела на скамейке и рисовала пейзажи. Рисунок мне очень понравился. Ей было 16 лет, и она жила в том поселке, где мы отдыхали. Она оказалась довольно разговорчивой, в отличие от меня, поэтому пока провела меня до пансионата, успела рассказать мне всю свою жизнь.
На этом мои знакомства не закончились: на следующий день я познакомилась с Настей. Она жила там же, где и мы. К моей великой радости она была готкой. Я словно нашла родственную душу, мы с ней могли болтать о жутких фильмах, книгах, музыке до самого утра, сидя на веранде возле пансионата. Пока все шло спокойно, тогда никто из нас еще не знал, чем запомнятся нам эти каникулы.
Июль 1988 года, большая и густонаселенная деревня N. Жизнь кипела, куча молодежи, каждый вечер в клубе показывали старые и любимые фильмы, а в выходные танцы до утра. Приехали как-то в эту деревеньку 2 сестры к своей бабушке с дедом на каникулы. Лена, старшая сестра, училась уже в институте, младшая, Катерина, училась в старших классах школы.
Распаковав вещи, собрались девчонки в клуб на танцы, одели самые лучшие платья и отправились веселиться. В этот день впервые в деревню N приехала на велосипедах компания парней из близлежащей деревни, в лицо их никто никогда не видел, и знать не знал. Если опустить всю прелюдию, то одному из этих парней и приглянулась Катерина. Девка она была красивая, длинные черные волосы, стройная, с большими синими глазами и черными густыми ресницами. Такая маленькая и казалось такая хрупкая. В общем, подошел парень познакомиться, представился Аркадием, шутил не переставая, этим и зацепил Катерину, харизмой своей и настроением. Общались они до самого утра, пока солнце не начало вставать, парень резко засобирался домой ссылаясь на то, что друзья без него уедут. Распрощались, и парнишка обещал приехать к Катерине снова.
17. 06. 2013
Время: 22:27
Артем возвращался с командировки на своей старой девятке. Солнце уже почти зашло. Машина ехала медленно по какой-то старой ухабистой дороге. По обе стороны от трассы был сплошной густой лес. Артем был очень уставшим и измученным. Он провел рукой по лицу и чуть встряхнувшись, дал себе твердую команду не засыпать. Проехав еще около пяти минут, он решил остановиться и свериться с картой.
Припарковавшись на обочине, Артем достал из бардачка карту.
— Так и знал, что не туда свернул. Теперь, наверное, лишние часа два придется в обход ехать!
Артем взял сотовый и набрал номер. Через несколько гудков взяли трубку.
-Да, папочка привет!
-Привет милая, позови, пожалуйста, маму к телефону.
-Мам, это папа!
-Артем, что с тобой, где ты?
Когда мы были в Англии, и мой папа нам с подругой в одном английском кафе рассказал эту страшную и в то же время мистическую историю. Дальше с его слов.
Это произошло, когда я ездил на Кавказ, в Дагестан. Мне рассказал эту историю друг (отец подруги). Один десятилетний мальчик по имени Хаким сидел за компьютером (смотрел фотки и слушал музыку в наушниках). Мать у него была сильно больна, она захотела попить воды, но она не могла подойти и закричать, и поэтому мать его бросила мягкую игрушку, прямо ему в монитор, от чего парень испугался. Хаким разозлился и вышел на улицу и кричал в небо: «О, духи смерти, унесите мою проклятую мать в преисподнюю!» и зашёл обратно. Мать говорит ему, чтобы он ей принёс стакан воды, но мальчик отказывается помочь, мол, она ему навредила и он теперь проклинает её.
На сайте strashno.com уже был опубликован мой рассказ Книга старика. Не так давно в моей жизни произошел случай, который можно расценивать как продолжение данной истории.
Начну я, пожалуй с того, что когда ты вырастаешь, тебе не дают покоя детские воспоминания. Ты прокручиваешь их в голове, пытаешься воссоздать картины минувших событий, перебираешь последствия не совершённых в тот момент действий. Но кто бы что не говорил, в процессе самой ситуации ты не сможешь предугадать свои действия, это как спонтанное решение, механизм твоего подсознания, в экстремальной ситуации, решает все за тебя в одну долю секунды. Я думаю, вы поймете связь межу всем этим позже. Я попытаюсь рассказать все подробно, не упустив важных деталей.
Это был обычный июньский день. Ветер дул мне в лицо, а теплые солнечные лучи его согревали. Два дня назад у меня был день рождения. Я был немного пьян, в моей руке была бутылка, в которой еще оставалось вино, но пить его было не очень удобно, лежа на заднем сиденье машины. За рулем мой друг. Мы гоним под 180, и я с трудом различаю надписи на рекламных щитах. Я испытывал чувства радости и удовлетворения. Это так странно… Ведь направлялись в деревню, находящуюся именно за той рекой перед церковью.
День не задался с самого утра. Опоздала в универ, потом уснула прямо на паре. Препод, старый козел, долбанул указкой прямо по столу у меня перед носом. От испуга и неожиданности рухнула на пол вместе со стулом под громкий ржач одногруппников. Потом, по дороге домой, застряла каблуком в решетке водостока. Подошел симпатичный парень, предложил помочь, и я даже воспрянула духом, предвкушая новое знакомство, но… Парниша дернул что есть сил за туфлю, каблук отломился и сиротливо остался торчать в решетке, парень изменился в лице, и, быстро сунув мне в руки искалеченную обувь, скрылся в неизвестном направлении. Прекрасно, и босиком дойду, осталось-то двести метров.
Под косые взгляды прохожих добралась до подъезда. «Девушка по городу шагает босиком», блин. Зашла в лифт, нажала на кнопку своего восьмого этажа. Интересно, как там братишка в Абхазии? Живем мы с ним вдвоем, родители вышли на пенсию и уехали в деревню. Пока брат находился в двухнедельном отпуске, я совсем расслабилась, ничего не готовила, дома бардак. Надо бы прибраться и сварганить что-нибудь покушать.
— Пожалуйста, ну, пойдем со мной!
Маленькое розовое и необыкновенно несчастное привидение нарезало круги у моей кровати.
— Ну, помоги же мне, наконец!
У-у-у-у-у! Как мне это надоело!
— Пажа-а-а-а-а-алста-а-а-а-а! – выло оно, трагично заламывая руки.
И это длиться уже третью ночь. Я так скоро тапочки отброшу.
— Дай поспа-ать! – в тон простонала я, нахлобучивая на голову подушку.
