Мистические истории из жизни: страница 368

Я хочу рассказать вам свою историю, которая произошла со мной прошлой осенью.

Сам я живу в пригородной деревне, но работаю в городе – на машине вожу своего начальника. И вот осенью отпустили меня пораньше домой, где-то около пяти вечера было. До моей деревни пятнадцать километров, дорога ведет через лес. Выехал я себе домой на своей служебной машине, моросил дождь, холодный ветер завывал за окном. В общем, погодка была чисто осенней. И вот еду я себе через лес, смотрю, впереди стоит на обочине человек, машет рукой, останови, мол. Сам я не люблю подвозить людей – мало ли на кого нарвёшься. Но жалко стало человека, погода холодная, автобуса еще долго не будет. Может грибник какой-то, или дачник?

Остановился я перед голосующим мужчиной, обычный на вид мужик, лет 40-45, простой. И ехал как раз по пути, до моей деревни. Сел он, поехали мы дальше.

Сестра моей бабушки во время войны была медсестрой (после курсов) на санитарном поезде. Они возили к линии фронта боеприпасы, продовольствие, а обратно, в тыл, раненых. В поезде же оказывали первую помощь и делали операции. А какие хирурги у них были! Творили просто чудеса, и это в таких-то условиях. Операции шли потоком, на ходу и под обстрелами.

Бабушкина сестра была отличным рассказчиком. Сколько историй знала она! И я, ребенком приезжая летом к ней погостить, хотела, чтобы поскорее наступил вечер. Бабушка Наташа выключала свет, зажигала ночник. И лежа на своей умопомрачительной кровати со множеством перин и подушек-подушечек, рассказывала-рассказывала… А я, замерев на печке (это же так интересно спать на печи), слушала и видела, как вживую: санитарный поезд, худенькую девчоночку…

Один раз подошел поезд к назначенному месту, погрузили в вагоны привезенных на телегах солдат, но выяснилось, что в полевом госпитале осталось еще много бойцов. Было решено разбивать на этом полустанке перевалочный пункт и свозить раненых, пока поезд сделает круг и вернется. Старшей всей этой операции и перевалочного пункта назначили бабушкину сестру (буду для удобства называть ее Наташа, тем более, в то время ей было лет 18, а ростом она была, как сама выразилась, полтора метра плюс бантик).

Каждое лето мы с братом отправляемся на месяц на дачу – отдохнуть от города, подышать воздухом, пообщаться. Эта традиция у нас с самого детства закреплена. Дачный поселок находиться в восьмидесяти километрах от города, рядом море, речка, лес – красотища! Так вышло, что наш участок находиться между двумя заброшенными участками, один из которых вполне нормальный, а вот второй имеет свою весьма интересную историю, которую я сейчас и расскажу.

Наш дачный поселок строился в 1973 году, тогда людям раздавали задаром участки с небольшими домиками. Кто имел возможность – расстраивал дом, ну а те, у кого такой возможности не было, отдыхали «как есть». Тогда мои бабушка и дедушка получили участок, работали на огороде, знакомились с соседями. Предметом обсуждений сразу стал дом, который находился рядом. Там жил главврач психбольницы нашего города.

Большинство обсуждений на улице были именно про этот участок, и его хозяина, Александра. Поговаривали, что у Александра есть много завязок с вышестоящими людьми округа, которым он, за некоторое вознаграждение, «помогает» избавиться от ненужных им людей. Он делал человеку справку, и упекал в свой сумасшедший дом, где его пичкали препаратами, от которых люди постепенно сходили с ума. На полученные от таких махинаций деньги Александр расстраивал и модернизировал свою дачу, которая, в конце концов, превратилась в трехэтажный кирпичный дом, с верандой, погребом, и с шикарной обстановкой (и это в Советское время).

Каждое лето мы всей семьей ездим в Дагестан, к своим родственникам. И каждое лето, там настает праздник Ураза-байрам, и дети идут собирать конфеты (прямо как в Хеллоуин, только чудиками не наряжаются). В такой же день, когда мне было 12, мы пошли с подружками, Патюлькой и Алькой, собирать сладости. Когда у нас была наполнена половина пакета, мы уже хотели идти в другое селение. Но Алька предложила пойти в дом, в котором уже не живет, и проверить, есть ли там кто. Дом был не старый и дряхлый, как вы наверняка уже представили, а красивый и двухэтажный. Мама говорила, что его построили два богатых брата, которые умерли хрен знает от чего. Так вот, никто Альку не поддержал, мол, зачем идти в дом, в котором никого нет, надо бы идти в те дома, двери которых открыты. Мы оглянулись, а двери в этот дом открыты! Ну, ладно, думаем, пошли. Мы зашли в дом и сказали: «С праздником!» (по-аварски), но дома никого не было… Патюлька сказала:

— Видишь, здесь никого нет, пошли!

— Ну ладно…

Мы уже хотели уйти, как Алька увидела коробку конфет и воскликнула:

— Вот видишь! Здесь кто-то есть! Просто они ненадолго ушли!

— Ладно, подождем.

Хочу поделиться своей мистической историей, произошла она с моей прабабушкой, а рассказала мне её мама. Дальше рассказ от первого лица.

Дело было поздней осенью, мы собрались ехать в соседнюю деревню навестить родственников. Дорога не такая уж и близкая была. Выехали мы утром, весь день проехали спокойно. Как раз начинались лёгкие заморозки. Когда дело шло ближе к ночи, мы проезжали старые поля. Ехали в открытой повозке «тарантасе». Всё было спокойно.

Позже мы увидели отдалённый свет, правда, он был какой-то странный, с синеватым отливом, но мы не придали этому особого значения – списывали всё на то, что это мальчишки пасут коней.

Эта страшная история случилась в 2011 году, мне тогда было 10 лет. Я поехал со своим другом (назовём его 0) отдыхать в лагерь. Этот лагерь был окружен лесом и полями. Он был большой. Я жил в одной комнате с ним.

Жилось нам хорошо, было весело, разные прогулки, вкусная еда. По ночам мы с ребятами из нашей комнаты ходили гулять. Вроде бы ничего мистического не было, но однажды (у нас в лагере был заброшенный корпус, туда никого не селили, ходили слухи, что там повесился воспитатель) мы решили зайти в тот заброшенный корпус проверить, что же там такого страшного (дверь в корпус не закрывалась). Послали одного мальчика разведать обстановку. Прошло 5 секунд, 10, 15, а его нет. Я решил зайти туда и посмотреть, что с ним. Там стояла ужасная вонь. Я увидел, как тот мальчик лежит на полу я вынес его оттуда. Он отошел от того состояния и сказал что лучше туда не заходить. Мы стояли, смотря друг другу в лицо, когда услышали громкий крик. Мы решили не рисковать и побежали в корпус. О нашем приключении решили никому не рассказывать.

Старинный монастырь в Московской области, среди полей и заливных лугов. Монахи, продающие по субботам и воскресеньям молоко, сметану и творог из монастырского фермерского хозяйства местным дачникам – идиллия. Но старожилы знают, что монастырь всего лишь сорок лет назад был психиатрической лечебницей. Точнее, почти тюрьмой, в которой безнадёжные умалишённые содержались в строгости, надёжно изолированные от общества.

Одним из пациентов лечебницы был двоюродный брат моего отца. По официальной версии, он лишился рассудка от сильнейшего нервного расстройства и умер в стенах бывшего монастыря в возрасте тридцати лет. Никто толком не знал, что произошло с ним: с детства он отличался крепким здоровьем, но что-то внезапно пошатнуло его разум. Так случилось, и в семье постарались поскорей забыть об этом случае и скрывали правду от детей.

Это случилось в мае, 10 лет тому назад, но все помнится, как будто это было вчера. Мои друзья Мишка и Дамир с отцом Дамира отправились рыбачить на Капчагай. Отец рыбачил с берега, а Дамир и Мишка, усевшись в баллоны (от колес), рыбачили метрах в 5. И тут началось… Поднялся такой сумасшедший ветер, мальчишек как кукол начало кидать в глубину, баллоны перевернулись, и они оказались воде (был май, вода была ледяная), Мишка пролез под баллон, влез в середину и стал грести к берегу, но ветром его опять и опять кидало все дальше и дальше от берега.

Силы были на исходе, и тут рядом с Мишкой выныривает мужчина, он показался Мишке очень странным, потому что по всему его телу были странные пятна, а также на нём был большой серебряный крестик. Он сказал Мишке, чтобы тот закрыл глаза и крепко держался за баллон. Мишка стал кричать, мол, у него друг там, помогите ему, у него зрение плохое (Дамир носил контактные линзы, но при этом очень хорошо плавал), на что мужчина ответил, что о нем уже позаботились. И Мишка со спокойной совестью закрыл глаза и вцепился в баллон. От бессилия и боли Мишка потерял сознание, ему, когда он греб, баллоном разодрало бока очень сильно.