Жил один мужик и никто не знал, сколько ему лет. Жил на отшибе, замкнуто. Многие говорили, что ему уже век, а многие клялись и божились, что ему только 25, вроде как в лесу они его видели, совсем парень молодой. Боялись люди мужика: вроде как и живет с ними, а не по людским законам. То на кладбище ночью пойдет, то в лес уйдет и люди его по нескольку месяцев не видят. Чем жил и питался мужик, люди не ведали. Скотину не держал, птица тоже не водилась. Люди сторонились мужика, не иначе колдун. Как мужик в город кажет, так быстрей все закрываются за ставнями тяжелыми, собака и та из конуры носа не кажет. Ни имени, ни рода.

Село было большое, народ худо-бедно, но все-таки существовал. Жил в том селе зажиточный помещик Макара. Люди любили Макара, не в чем он им не отказывал, ну и наглеть не разрешал. Была у Макара жена Авдотья, да дочь Раиса. По тем временам семья его была маленькая, да случилось при родах у Авдотьи что-то по-женски, никто толком и не ведал что, а родить якобы больше и не могла. Так и радовались одной доченьке.

Росла Раиса весела, добра, умна. Животных любила, к людям была добра. Мать с отцом угадывали ей лучшую судьбу, может даже мужа городского, ведь сколько-то девке пропадать в захолустье.

Была командировка в Питере, но лететь туда из Ташкента я решила через Москву, чтобы навестить подругу. Я сравнительно недавно стала директором маленькой фирмы и, можно сказать, на свои средства спланировала эту поездку, так как денег было в обрез. С предыдущей командировки у меня была московская сим-карта, и на ней должны были оставаться какие-то деньги, но совсем мало. Я не была уверена, смогу ли сделать звонок по прилету, чтобы созвониться с подругой, чтобы та мне объяснила, как до нее добраться.

Когда самолет приземлился в Москве, я проверила баланс, но делала это в суматохе, когда люди уже начали вставать и продвигаться к выходу. Пришло смс, что на моем счету больше 3 тыс. рублей. Я стала в уме считать, сколько это в долларах и хватит ли на звонок, потому что к российским рублям еще не привыкла и не совсем понимала, сколько это.

Это необычное событие произошло в 1966 году, но я до сих пор отчетливо помню все так, словно это было вчера.

Мы жили тогда в частном доме. Стоял ноябрь: холодно, но снег еще не выпал. Как-то вечером мама решила сварить пельмени и послала меня за ними в сени. Я подошел к двери, распахнул ее и замер от неожиданности. Вместо привычных стен с потолками передо мной оказалось… бескрайнее заснеженное поле, освещенное полной луной!

Вдруг я заметил, что по полю прямо на меня идет мужик, одетый во все черное, в шапке-ушанке и с посохом в руке. Помню, у него еще была длинная черная борода. Мужик шел, глядя мне в глаза, подходил все ближе и ближе.

Мы переехали всей семьей в новую квартиру. Мне эта квартира сразу не понравилась, особенно, кухня. Со временем привыкла к новой обстановке, но только не к кухне. Там я старалась находиться только в светлое время суток или когда была не одна.

Но тут произошло следующее: моя кровать сломалась. Заказали новую, но сказали подождать 2 дня. Выбора у нас не было, поэтому согласились. Поскольку на кровати спать было невозможно, эти два дня я решила спать на кухне (там у нас тоже кровать стоит, благо кухня большая).

Скрепя сердце, я перебралась на кухню со своим светильником. Сказала сразу всем, что буду спать со светом. Зная мою боязнь, родители согласились.

Эту историю много лет назад рассказывал мой покойный дедушка. Дальше с его слов.

Перед самой войной было нам лет по 15-17 (им – это деду и трем его братьям). Лето стояло засушливое, жаркое, и мы вместе с отцом и матерью с утра и до позднего вечера пропадали в огороде, чтобы сохранить урожай. Постоянные поливки, прополки, окучивание и прочие дела выматывали до безумия, лишь ночью наступал долгожданный покой.

И как-то в одну из таких ночей проснулся я от непонятных звуков. Кто-то громко настойчиво стучал в окно, которое выходило в сад. В темноте было не разглядеть лицо гостя, и я принялся будить братьев. Через пару минут уже весь дом был на ногах, зажегся свет.

Тонкий мир, что находится параллельно нашему, хорошо ощутим тем, кто пережил в своей жизни момент трагедии или же родился с особенным даром чувствовать его и видеть. Те, кто говорит, что его нет и отмахиваются, наверное, им крупно повезло, т.к. не приходится с потусторонним сталкиваться регулярно.

Не знаю, что произошло в моей жизни и жизни моей сёстры, с какого момента это началось, но скажу одно — это всегда чувствовалось и находило рядом с нами. Сколько себя помню, всегда не сильно, но достаточно хорошо ощущалось, что что-то рядом есть. Я не экстрасенс и нет у меня шестого чувства, и этот рассказ сейчас не обо мне. Сразу оговорюсь: то, что я расскажу, действительно было, не буду его приукрашивать и придумывать того, чего не было. Но когда это происходило, тогда уж точно было не до смеха.

Был период, когда я жила одна с дочкой. Как это правильно сказать, поселилось к нам что-то такое неприятное, беспокоящее и наводившее ужас. Затаилось в тёмном углу и оттуда наблюдало за нами. Было такое ощущение, будто кто-то сверлит вам затылок, и от этого волосы на голове шевелятся. Но об этом в следующий раз.

Июнь — прекрасное время для отдыха на природе. Желая культурного отдыха, мы достаточно большой компанией поехали на озера, заранее сняв пару номеров на одной из баз отдыха.

База отдыха эта, к слову, располагалась в лесной глубинке, и в радиусе 8-10 километров цивилизации больше не наблюдалось, зато были деревья, озеро с прозрачной водой, уютные деревянные комнаты, русская баня, а ещё много водки и разнообразной закуски – лепота, одним словом, русский народ культурно отдыхать умеет. Но это к данной истории не имеет никакого отношения. А вот тот факт, что к полуночи, в ходе распития спиртных напитков, попадала вся компания, кроме меня и малознакомого мне мужчины лет 30-ти как раз, и будет предметом моего рассказа.

Знал я о нём лишь то, что зовут его Кирилл, он заядлый охотник и… И всё, видел его ранее всего пару раз и, если честно, не был уверен, с кем он приехал. Кирилл уже больше часа сидел на пирсе, периодически подкуривая сигарету, бережно стряхивая пепел и утилизируя окурки в бутылку из-под пива, задумчиво глядя на озеро, в котором отражалась полная луна. Делать особо было нечего, спать не хотелось, да и выпил я немного. Взяв бутылку водки и какую-то закуску, я направился к Кириллу.

Мне посчастливилось знать няню Лену целых семь лет, и я могу с уверенностью сказать, что добрее и чище человека, чем она, я не встречала за всю мою жизнь. Но в жизни няни Лены постоянно возникали такие обстоятельства, которые обычному человеку и в страшном сне не привиделись бы. И за эти семь лет я стала не только их свидетелем, но и невольным участником.

Вышла няня Лена замуж, как это часто бывало в Молдавии, в семнадцать лет, за преуспевающего парня. Работал он дальнобойщиком по Европе, и жила с ним няня Лена, как сырок в масле: две трехкомнатных квартиры городского типа плюс один дом с огородом. Скоро родились три дочери. Правда, мать мужа периодически Лену доставала, но это была капля дегтя в бочке меда.

Тогда же повыходили замуж три младшие сестры няни Лены: одна – за непьющего, покладистого и работящего; вторая – за мастерового и симпатичного; третья – за священника с хорошим приходом. Всем четырем сестрам радоваться бы, но нет, не получилось.