Моя мать лечилась много лет, чтобы иметь детей. Но ничего не выходило. Под конец, когда очередные анализы показали, что лечение уже начало портить здоровье, врач на неё наорал. Сказал, что ей «надо понять, что на свете всегда будут женщины, которым медицина помочь не в силах». И заявил, что поставит на медицинской карте предупреждение, чтобы ни один другой врач не согласился лечить её больше от бесплодия. Иначе у неё просто печень скоро отвалится. Это лечение уже сказывается на её психике. И вообще, чем сходить с ума, лучше заняться своей семьёй, наладить отношения с заброшенным мужем и усыновить кого-нибудь.

Жестоко. Но необходимо. Потому что шесть лет одержимого лечения — это уже чересчур. Если бы она продолжила дальше, то даже в случае удачи её здоровье всё равно не позволило бы никого выносить.

Мать пошла домой. Рыдала. Дома рыдала ещё больше, валялась на полу и молилась. Потом отключилась. И ей показалось, что она слышит женский голос «Успокойся. У тебя будет два ребёнка. Две девочки».

Серый сентябрьский денек, небо полностью затянуто непроходимыми молочными облаками, оттенок которых варьируется от светлого на востоке и до темно-серого тона на западе. Дует легкий ветерок. Солнца нет, сентябрь, но по-летнему тепло. Это моя самая любимая погода. Как-то все на улице умиротворенно, тихо, даже людей в такие дни практически не бывает на улицах, а тем более в тихих дворах жилых домов. Хорошо, одни словом. Только не для кого-то. Кто-то не хочет жить и сорвется сегодня с крыши многоэтажного дома. И застынут навечно пролетающие перед глазами этажи, этажи…

А кого-то собьет машина, вышел из дома в домашнем наряде, на ногах дешевые резиновые тапки, купил кефир и сладкого к чаю, представлял, как сейчас придет домой и будет завтракать. Не суждено было этому сбыться. Никогда. По крайней мере, в этом мире и в этот час. И вот уже бездыханное тело лежит распростерто посреди дороги. Так нелепо, так быстро оборвалась жизнь.

Недавно на мобильник мужа раздался звонок. А мне вспомнился если не мистический, то загадочный звонок.

Дело происходило где-то в 2004-2005 году. Тогда мобильники у нас в регионе только пошли и стоили дорого, даже бэушные. У нас, одиноких девушек, одна из которых кормила и обеспечивала двоих детей без алиментов, мобилок не было. Моя соседушка Танюха тогда задружила с одним парнем, звали его Славиком. Было лето, каникулы. Дочь моя находилась у бабушки, сын гулял во дворе. Сидим мы у Танюхи, и так нам стало скучно, просто не знаем куда себя деть. А Татьянка была у меня приколисткой. Говорит мне:

— А давай Славику позвоним?

— А с чего звонить-то будем? С тапочка?

— Да нет, с утюга.

Когда я была маленькой, то, как и многие другие девочки, очень интересовалась всем необычным, мистическим и магическим. Детям вообще нравятся чудеса, чтобы раз – и все готово, без усилий, без зубрежки и необходимости работать. И я не была исключением. Интернета в моем советском детстве не было, почитать о гаданиях и прочих ритуалах было негде, поэтому мой интерес к магии был чисто теоретический. Даже в голову не приходило, что этим можно заниматься на практике, хотя чуда из сказки очень хотелось.

В подростковом возрасте, когда девочкам только начинают нравиться мальчики, я очень хотела научиться гадать. Сама не раз пробовала гадать перед Рождеством с подругами, но ничего хорошего из этого не получалось. Очень хотелось узнать, нравлюсь ли я тому симпатичному парнишке, о котором я так много думала, будет ли у нас в будущем свадьба (я реально тогда об этом мечтала, хотя сейчас, конечно, и думать об этом без улыбки не получается). И вскоре судьба предоставила мне возможность заглянуть за грань реального и рационального.

Первую часть истории вы можете прочитать здесь.

Память вспомнила меня, когда я слушала лекцию профессора Пихельштайнера. Она выбила дверь и закружилась по аудитории, размахивая планшетом. Взбешённая тем, что её никто не замечает, кроме меня, она выложила мне все фотографии и видеоролики прошлого. Только тогда одногруппники заметили память в моих осмысленно пронизывающих взглядах. Даже профессор увидел мою память и поздоровался с ней. Несмотря на то, что он плохо видит из-за своего профессорского стола. Зрение у него отличное. Просто он всего на полголовы выше профессорского стола, поэтому его и прозвали Пихельштайнером.

Солнце исполосовало помещение тенями рам. Теперь я всё о себе знала, но что-то было не так. Чего-то не хватало. Не хватало здесь и сейчас. Я вглядывалась в одногруппников, но с ними всё было нормально. Соображала я долго, но до меня дошло, в чём дело. В аудитории отсутствовал один студент. Вернее, студентка. Я хорошо помню, что она была в начале занятия. Может, вышла. Я соображала целых полчаса. Где её так долго носит? Пара кончилась, а студентка так и не объявилась. Для того, чтобы удостовериться, что я не спятила, я подошла к профессору Пихельштайнеру.

На этот рассказ меня вдохновила история Агылузуды «Мое странное время». Я думала весь день, насколько по-разному мы все воспринимаем время. Я не могу сказать, что мое время летит птицей или ползет, как черепаха, я обычно вообще не чувствую его. Но помню несколько случаев в жизни, когда ощущение времени было просто физическим.

В тот день была прекрасная погода, середина лета, каникулы — все просто великолепно. Но среди этого счастья появилась мысль: «А кто у нас сегодня умер?». И время вдруг стало осязаемым, тягучим, как мед. Его поток проходил сквозь меня, и я хотела его остановить. Где-то в другой комнате рассмеялась сестра, и я в недоумении подумала: «Как она может смеяться, если случилось такое?». Появилось чувство границы, рубежа, что все закончено, и завтра будет совсем иначе.

Недавно с одним человеком случилась очень интересная история, причём в этом была замешана ещё одна ведьма, которую я знаю, и она до сих пор жива. И вот, человек этот, пожилой мужчина, когда-то пришёл в гости к этой женщине (старухой эту ведьму сейчас не назовёшь, ей всего 53), и она вроде как приняла его спокойно и чаю напиться предложила.

У мужика были проблемы с судами по убийству его двадцатилетнего сына. Честно, не помню, по какому именно делу он обращался с вопросом к этой женщине. А почему к ней, то она была адвокатом и получала весьма весомое удовольствие от своей работы. А помимо этого, кстати, она была ещё и учителем математики в школе, поэтому была человеком образованным и умным.

Хэллоуин – это праздник нечистой силы, который обычно проводят ночью. Все, что необходимо на карнавал, – это костюм нечисти и кофе для бодрости. Я больше никогда не справляю этот праздник, особенно его обряд.

Однажды, на очередной Halloween, мы с моим другом Антоном решили сделать костюм хранителя этого праздника – костюм Смерти. У нас получилось довольно неплохо. С готовыми костюмами мы дождались 12 часов ночи и пошли на карнавал.