Может показаться, что эта история – выдумка. Она случилась не со мной, но я была ее свидетельницей. Как говорится, все происходило на моих глазах.

Героиней является моя подруга. Обычная девушка, теперь женщина. Назову ее Ольга. Она не знает о том, что ее историю я предаю огласке, и не хочу, чтобы кто-то мог (даже случайно) узнать ее. Внешность у нее  заурядная. В принципе, взглянув на нее, никто и не подумает, что за ней стоит большая сила. Всегда (а знаю я ее скоро уже 19 лет) Ольга отличалась безукоризненной честностью. Поэтому я утверждаю, что все, написанное мной, правда, хотя я знаю далеко не все.

История начинается с того, что Ольге вдруг стали сниться вещие сны. Даже не столько вещие, сколько в них показывались разные истории. Удивительно, что сны останавливались и начинались с остановившегося места. Оля все запоминала, как будто ей в мозг вложили устройство для запоминания. Потом она всю полученную информацию проверяла — исторические события, даты, людей. В голове не укладывалось (да, собственно, у меня не укладывается и сейчас), но ей показывали происхождение. Ее происхождение.

Антон стоял и курил на крылечке своего магазина, вглядываясь в свинцовое осеннее небо так, будто пытаясь найти на нем некий ответ. Настроение его было под стать погоде, причиной тому были многочисленные проблемы, как полагается семейно-финансового характера. Будущее рождение второго ребенка, копеечная выручка, долги, а теперь еще и открытие этого торгового центра через дорогу. Но больше всего Антона раздражал тот факт, что владельцем центра был Олег — его старый знакомый, учились в одном классе, было время, даже дружили. Потом Олег уехал учиться в Москву в какой-то экономический институт, сказались корни — отец Олега всю жизнь занимался продажами. Антон же унаследовал от своего деда небольшой ларек ремонта обуви, в котором он начал работать после армии, так и не закончив ПТУ. За двенадцать лет упорного труда и отказа себе в мелких жизненных радостях ему удалось пройти путь до владельца небольшого обувного магазинчика, в котором он исполнял все роли — от директора до продавца и грузчика, параллельно занимаясь изредка ремонтом обуви в свободное от покупателей время. И теперь все его труды катились к черту из-за Олега. Центр хоть и представлял по своей сути крытый рынок и не более, но народ там толпился, а павильон дешевой одежды и обуви, открытый предприимчивыми армянскими ребятами, полностью пресек поток клиентов в его магазине.

Было это в мае 1965 года. Учительница Валентина Васильевна, что вела наш класс уже четвертый год, повезла нас на трамвае на давно обещанную экскурсию, показать нам рудник на горе Магнитная. Вышли мы на остановке, что называлась Березки, и потихоньку поднялись до самого рудника. Отсюда Магнитная гора была видна, как на ладони. Она состояла из нескольких вершин и на протяжении двух километров была словно большим ножом срезана на огромную глубину. Рудник уже лет 10, как был законсервирован, и добыча руды была прекращена. Учительница рассказала нам историю горы Магнитной, легенду о башкирском батыре по имени Атач, который превратился в одну из вершин горы. Рассказала о строительстве металлургического комбината и нашего города. Потом весь класс немного разбрелся, разделившись на маленькие группки девчонок и мальчишек. Девочки вместе с учительницей собирали уже появившиеся весенние цветы, а мальчишки бегали друг за другом. Мы же с приятелем прошли метров 200 в сторону и подобрались к довольно высокой скале. Он полез наверх, а я побоялся.

Я знаю, что такое магический негатив на человека, как действуют на тебя, если твоим сознанием кто-то овладевает, когда человек становится не сам по себе, а магия входит в его жизнь. Вспоминать, конечно, тяжело, но что было, то было, даже неудобно писать, в кого превращается нормальный человек, когда в его жизнь заглядывает магия, и что она несет.

Последний день своего пребывания я помню хорошо. В тот день у меня был выходной, мы с мужем ездили в лес за грибами, год был урожайный, набрали не только корзины, но и мешки, были набиты грибами. Приехали домой, я села на кухне на диван, стала перебирать грибы, потом варить, оставила сушить. Так закончился день, настал вечер, нужно было ложиться спать, ведь завтра с утра на работу. Я так устала за день после леса, что уснула прямо на диване на кухне. Только легла, закрыла глаза, как вдруг неоткуда появились голоса. Я села на диван, стала осматриваться по сторонам, гадая, что это и откуда, радио выключено, телевизор тоже, людей рядом, чтобы говорить не было. Потом я прислушалась, и поняла, что это внутри меня, что голоса и смех раздается у меня внутри, кто-то пытается со мной общаться в моем же разуме.

Ведьма мне всегда представлялась такой, как в сказках – страшной старухой с клюкой. В детстве я ее боялась, когда бабушка рассказывала сказку на ночь, но даже не подозревала, что встречусь с ней наяву во взрослой жизни.

С молодой и красивой женщиной я познакомилась на автобусной остановке в районном центре, куда ездила за покупками. Разговорились, оказалось, что она едет в соседнее село к сестре в гости. Мне она представилась, как Мария, я назвала свое имя. Она неожиданно сказала: «я знаю». На мой вопрос откуда она знает мое имя, если мы с ней до этого не были знакомы, она как-то некрасиво улыбнулась и ответила, что у нее такая привычка, угадывать имя собеседника. И потом добавила, что просто догадалась. Но я видела, что она что-то недоговаривает и мне как-то стало неприятно с ней общаться, такое впечатление, что она сняла маску. Но тут подошел автобус, и моя новая знакомая сказала, что не поедет этим, что забыла купить для сестры подарок. И я еще не успела отреагировать, как она быстро удалилась. Я была довольна, что избавилась от своей загадочной и странной попутчицы и поехала домой.

Признаюсь, люблю смотреть выступления священников по телевизору, хотя в церкви бываю нечасто. Наши батюшки зачастую очень мудрые люди и прекрасные психологи, слушать их интересно. На днях один священник высказал мысль, что многие люди из паломнических поездок любят привозить памятные вещи — освящённое масло, святую воду или землю со святых мест. А потом зачастую не знают, что со всем этим делать. Это правда. Сама некогда привезла из Дивеева землю с канавки Богородицы вместе с маслицем и отдала бабушке. На её вопрос, что теперь делать с землёй, не нашла ответа. Похоже, это такое свойство нашей психики — оставлять на память вещи из тех мест, где нам было очень хорошо и куда хотелось бы вернуться. А у меня так было с кладбищами. Был период, когда я была романтически увлечена прогулками по кладбищам. И обычно, если кладбище располагалось в другом городе, прихватывала себе оттуда что-нибудь на память. Цветочек там, камешек или веточку. Разумеется, оставляла что-то в дар духам. Я была искренне убеждена, что если я всей душой люблю погосты, то только по этой причине со мной ничего не может плохого случиться в принципе. Ошибалась. Скорее мне просто преподали урок, ведь технику безопасности никто не отменял.

Ещё когда мне было где-то лет 5-6, (на данный момент мне 17), случилась одна мистическая история. Почти всё своё детство гостила у бабушки с дедушкой, позже, уже когда пришла пара пиqти в 1 класс, мне пришлось переехать от них к родителям.

Но о самой истории. За окном было темно. Ночь. Пора уже ложиться спать, но мне было не до этого, так как я увлеклась одним мультиком, шедшим по телевизору, что был за мультик я уже и не помню, столь увлечённая мультиком и не заметила, как подошла бабушка и выключила телек со словами: «Внучка, выключаем мультики и пора баиньки». Я заупрямилась: «Ну, бабушка, ещё хочу посмотреть можно ещё минутку?». На что она дала отрицательный ответ и настойчиво говорила мне ложиться, а ещё она мне сказала: «Вот ляжешь спать, придет к тебе дедушка-сон, и тебе приснятся хорошие сны». Я хоть и была ребёнком, но понимала, что это специально говорит она так, но против старших ты не пойдешь, и поэтому пришлось выполнять указания бабушки.

Несколько месяцев тому назад умер мой любимый человек. Перед смертью он сильно болел, и однажды попал в больницу, откуда уже не вернулся.

Прошли месяцы, и долгое время он мне не снился, хотя мне и хотелось с ним поговорить, попрощаться, хотя бы во сне. В начале января я уехала из дома, и продолжительное время была в гостях у мамы, там я перед сном за упокой его души, читала вслух Акафист за единоумершего. В нём есть такие строки: «Иисусе, он много страдал и томился». Когда я читала эти строки, слёзы лились из моих глаз, потому что мне вспомнились, как же он сильно мучился из-за своей болезни. С такими мыслями я легла спать.