Мне пришла на ум одна далёкая история из моего детства. Рассказывал её дед Степан. Будучи ещё совсем юнцами, мы с друзьями обрывали у него яблоки, пока он копался в своём огороде. А когда примечал нас за этим занятиям, вход летела его клюка. Чуть погодя, когда мы уже немного повзрослели и перестали делать всякие пакости, дед Степан стал рассказывать нам разные историй, от которых у нас стыла в жилах кровь, а взамен своих историй, старик просил нас помогать ему —  то воды принести с колодца, то в магазин сбегать за продуктами. Без малого ему уж на тот момент было около восьмидесяти лет, бабка его уже  пять лет назад отошла в мир иной.

Вот в один из таких погожих летних деньков, как обычно я натаскал ему водицы в хату, сходил в местный магазин за хлебом и само собой стал требовать какой-нибудь рассказ. Ладно, расскажу одну сказку тебе, закручивая козью ножку и присаживаясь на свою завалинку, промолвил старик.

У меня есть старая кошка Клепа. Мы пристроили небольшую комнатку на 2 этаже (1/2 дома купили).

Один раз ночью, я в этой комнате готовилась к урокам, сидя за столом (муж был на ночном дежурстве). Стол стоял около окна, рядом со столом диван. Моя Клепа села на полу рядом со столом, не мигая, смотрела в одну точку на потолке, над столом. Потом заскочила на диван, на валик дивана и пошла по нему к стене, лапой ловя что-то невидимое. Подошла к стене, повернулась по валику назад, прыгнула на стол, прошла по столу, спрыгнула с него на пол, пошла к встроенному шкафу в углу комнаты и остановилась. И все это время она лапой как бы ловила что-то невидимое мне. Посидела, смотря в угол, потом расслабилась и начала умываться.

На новогодних праздниках ко мне в гости приезжал мой товарищ детства, одноклассник. Сергей, после окончания школы уехал из нашего провинциального городка в Волгоград, поступил в ВолгГАСУ на дорожно-строительный факультет. После окончания института, устроился работать в одну дорожную фирму, купил себе там квартиру. Человеком он всегда был скрупулёзным, в классе занимал почётный пост старосты, учился на одни пятёрки. Вообще надо сказать был заядлым материалистом. По сему «такую историю» ну никак я не ожидал от него услышать.

В один из праздничных январских дней, пока он гостил на своей малой родине, Серёга, зашёл ко мне в гости. Как всегда, я поставил чайник, достал шахматы, у нас с ним всегда были шахматные баталий. Во время нашего чаепития по телевизору шёл какой-то ужастик. Сергей, обратил внимания на фильм и произнёс: «слушай, сейчас историю тебе одну поведаю, страшную. Она произошла со мной месяц назад. Как всегда, приехав с работы в свою квартиру, начал заниматься привычными делами, сходил в душ, приготовил ужин, посмотрел любимый сериал и стал готовиться ко сну. Всё как всегда, обычный будничный день, ничего не предвещающий. Среди ночи, проснулся, от того, что почувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд. Открыв глаза первым, что я увидел, так это шкаф, который находился прямо напротив моей кровати. На дверце шкафа, крепилось большое зеркало. В комнате было темно, около двух или трёх часов ночи, единственное освещение это тускло святящийся лунный свет, прокрадывавшийся в оконце».

Айсберги – это гигантские глыбы льда, дрейфующие в океане. Они бывают самых разных размеров и форм. Айсберги получились из снега, который выпал задолго до рождения Христа. Их возраст насчитывает тысячи лет, и айсберги видели этот мир намного раньше, чем люди стали вести свои летописи.

Страшную опасность для кораблей представляют немного подтаявшие ледяные горы. Они как раз и мигрируют по всему Атлантическому океану, где проходят морские пути судов. Наиболее огромные из них формируются в Антарктиде и движутся к берегам Австралии и даже Мадагаскара. На данный момент, самым крупным айсбергом, который откололся от Антарктиды, считается Айсберг А-76. Об этом заявило Европейское космическое агентство со ссылкой на данные спутника Sentinel-1. Каждую весну около 40000 айсбергов откалываются от берегов Гренландии и отправляются в свободное плавание.

В нашей двухкомнатной квартире планировка такова, что пройти во вторую маленькую комнату можно только через кухню.

В то время жила у нас наша любимица трёхцветная кошка Соня. Сын нашёл её на улице малипусенькую (помещалась на ладони, да ещё и место оставалось), грязную и голодную. Отмыли, откормили. Соня — это потому что она сначала много спала. Ела и спала. Так набедовалась кроха. И хотя кошки очень независимые, но Соня выбрала себе хозяина — моего сына. Перед сном у них был обязательный ритуал: Соня минут на 10 приходила к своему хозяину, мурчала ему, иногда отмывала от воображаемой грязи. Потом уходила по своим кошачьим делам. Надо ещё сказать, что Сонечка больше никогда не ходила на улицу и прожила 17 лет.

В этот вечер сын уже улёгся. А я заканчивала кухонные хлопоты и боковым зрением вижу, что под стулом, стоящим у двери в маленькую комнату, сидит Соня. Такой трёхцветный колобок. Удивилась несказанно. Не было ни одного вечера, чтобы кошка нарушила ею же заведённый ритуал. Говорю сыну, мол, не порядок, почему это Сонечка не у тебя, неужели ты её выгнал. И слышу в ответ, что кошка уже давно у него в комнате и домывает ему ухо.

Мы с другом часто в детстве ходили по заброшкам и один из наших любимых заброшек был старый советский бункер. В этом бункере было пять этажей. О нём мало кто знал, так как он находился далеко в глубине леса за городом, мы же его нашли по старой советской карте, на современных картах этого бункера уже нет. Там мы нашли небольшую комнатку на 3 этаже, пол который был не бетонный как везде, а был завален мелкими камнями.

Как-то раз мы с другом просидели в этом бункере допоздна, время было около 23:00. Посмотрев на время, мы решили собираться домой, а чтобы выйти из бункера, нужно было пройти по лестнице три этажа вверх. Я уже начал вылезать из комнаты но, услышав громкий скрип со стороны лестницы, я резко отпрянул назад, от страха появились холодные мурашки, а друг прижался к стенке. На протяжении нескольких минут мы вслушивались в гробовую тишину. После нескольких минут молчанья мой друг резко встал и подошёл ко мне, жестом показывая на выход, и на корточках двинулся в сторону выхода из комнаты.

Когда вышли из комнаты и потом страх внезапно ушел, мы решили, что это было какое-то животное, случайно попавшее в бункер. Начали подниматься вверх по лестнице. Когда мы были на втором этаже, мы в ужасе встали, так как прямо перед нами стояла маленькая девочка. Она выглядела, как вполне нормальный человек, но ее глаза они были полностью чёрные.

2020 год оказался для всех очень непонятным и крайне тяжелым. Вот и нашу семью он не прошел стороной. У матери мужа обнаружили страшную болезнь. Боролись до последнего. Но, к большому горю, болезнь победила.

С матерью мужа отношения были очень хорошие. Она была еще молодой, и 50 лет не было. Я старше мужа на 6 лет, поэтому и общаться нам с ней было легко. Она даже советы иногда мои просила, в общем, во мне она видела умную, взрослую и самостоятельную личность. Своими нравоучениями никогда не лезла. Всегда и в глаза и за глаза хвалила. Всегда были темы для разговоров. Женщиной она была гиперактивной и энергичной. Во время болезни, как бы трудно ей не было, она не показывала и не жаловалась. Присмотр и уход нужен был ей только последние 2 недели.

Сейчас ездим к отцу мужа в их дом и как-то там тревожно находиться стало. Причем не только мне, даже муж заметил, что в доме есть какое-то непонятное присутствие, и оно не веет добром. Дочь старшая тоже боится, и сама не знает, чего она боится. Младший брат мужа (11 лет) говорит во сне неизвестно с кем. Но я один раз слышала, как он сказал: «да, мама, «не знаю», «есть», а потом он встал и пошел, его остановил и разбудил отец.

Решила написать еще одну историю, связанную с последними днями жизни моего папы. Мистической она, скорее всего не будет, но о страшных реалиях жизни поведаю.

Ноябрь 2020 года. Папа лежал в больницах третью неделю. За это время его успели перевезти из одной больницы, которую перепрофилировали под ковид-госпиталь, в другую. В первую больницу он поступил с проблемами с животом. В нашем городе есть несколько больниц, про которые говорят «туда везут умирать», эта больница была одной из них.

Примерно неделю-полторы он лежал в палате, где сильно продувало окно. Папа просил пригласить мастера или хотя бы дать ему инструмент, он бы починил сам. На что ему отвечали: «это палата для моржей, лежите так».

Когда первую больницу перепрофилировали, пациентов перевозили в другую больницу на скорой, там его заразили ковидом, и во вторую он поступил уже в отделение обсервации.

Прошла ещё неделя, ему становилось то лучше, то хуже, так наступило 13 ноября. Папа то говорил, что скоро умрет, то собирался выписываться, и рассказал, что сегодня в его палате умер мужчина. Я этому не придала особого значения, мало ли в больницах людей умирает.