Мои бабушка с дедушкой познакомились сразу после войны, поженились, были очень красивой и счастливой парой. Жили они в родной дедушкиной деревне в Белоруссии. Это даже не деревня была, а так называемое «местечко» — около тысячи жителей. Но, тем не менее, все друг друга знали, свадьбы-похороны справляли всем миром. Там я проводила все каникулы, и почти все жители деревни были мне как родные. Конечно же, я была в курсе многих деревенских дел.
Еще в детские годы меня очень удивляло, что буквально каждая вторая смерть в деревне — самоубийство. Будучи ребенком, я вообще не понимала, что это такое — смерть. А уж как это уйти из жизни добровольно — такое вообще было выше моего понимания. Повзрослев, я поняла еще одну очень интересную вещь: каждый самоубийца – повесившийся, но никого в деревне, кроме меня, это не удивляло!
Конечно, как и в любой деревне, были пересуды: «Вася пил», а «Маше муж с дояркой изменял», а «у Лены корова сдохла, детей нечем кормить»…
В моей жизни происходило много странностей и в тот момент, когда я была одна, и в момент, когда со мной были родственники или друзья. Свидетели, так сказать. Через некоторое время после происходящего, конечно, многое объяснялось, многое забывалось, объяснялось более-менее логично. И вот из этой кучи историй остается тот небольшой процент, который как бы ты не хотел — никогда не объяснишь. Один из таких случаев мне и хотелось бы поведать.
В 2006 году умер от тяжелого заболевания мой дядя. У него остались сын и две неродные дочери-близняшки. Поскольку, простите за наглость, мне бы хотелось, чтобы хоть кто-то мне попытался объяснить, что же все-таки это было, нужно посвятить вас в небольшую деталь: мой покойный дядя в свое время увлекался тем, про что обычно говорят «за черту чего лучше не переступать» и с теми «с кем лучше не связываться». Так вот.
Поехали все на кладбище. Нас оставили дома, поскольку мы были еще совсем детьми. Вчетвером мы, как могли, коротали время – я помню, что старались говорить на отвлеченные темы, даже пытались играть во что-то, хотя, сами понимаете, какая атмосфера дома была и что действительно мы переживали в тот момент.
Мой отец почти всю жизнь проработал на буровых. Конечно, за всё это время у него накопилось много жизненного опыта, но были, оказывается, и такие вещи, которым даже он не мог найти объяснения. Он всегда напоминал мне, «чтоб я учился и потом сидел в кабинете», потому что там работать очень тяжело и опасно. Его история, поведанная мне совсем недавно, не столько удивила меня, сколько впечатлила и заставила задуматься.
— У Мишкиной дочери скоро должен был настать день рождения. А у него вахта заканчивалась как раз. Вон как совпало. Помню, в последний рабочий день бегал тогда со счастливой улыбкой, да и тыкал всем её фотографией. Говорил, что уже и медведя плюшевого присмотрел в городе — огромного, о котором она всегда мечтала. Мол, никаких денег не жалко для любимой дочурки.
А парень-то молодой совсем, вторую зиму всего работал водителем. Не пил там вообще. Все нет-нет да «согревались», а он как закодированный — за рулём не пью. Жена молодая, красивая. Ответственный, короче. Вот и подарила она ему маленькую радость, в которой он души не чаял. Как ни поедем в вахтовке его, всегда замечу, что фото своей маленькой достанет из нагрудного кармана, полюбуется да поцелует украдкой.
Про подземную Самару в интернете написано множество историй. В частности про бункер штаба армии, он же бункер ПриВО, он же бункер Калинина. На страницах сети можно найти не один подробный фотоотчет о посещении этого объекта. На то есть несколько причин. Во-первых, бункер штаба армии долгое время находился «без присмотра». Попасть внутрь со стороны Волги мог любой желающий. Во-вторых, про него ходило наибольшее число загадочных историй. Рассказывали про таинственные смерти и исчезновения в бункере, про его невероятные размеры, про подземные туннели, связывающие бункер штаба армии с бункером Сталина и аэропортом Курумоч. Пришло время и мне рассказать о своем приключении на затопленном военном объекте.
Впервые в бункер я попал еще в детстве. Среди местной детворы ходило множество баек про бункер, но никто не отваживался лично посетить его. В середине девяностых это место еще охранялось военными, хотя сам объект уже был затоплен. К началу нулевых последние остатки оцепления сняли, и диггеры хлынули в бункер толпами. Не остался в стороне и мы с друзьями.
На старой работе как-то раз было небольшое затишье. Людям делать было нечего, и мы начали рассказывать различные истории из жизни, иногда довольно страшные и мистические. Эту историю про свои юные годы рассказала Елена, на тот момент бухгалтер, клялась и божилась, что все правда.
Было ей тогда лет шестнадцать-семнадцать, жила она где-то под Псковом, в достаточно большом бревенчатом доме, имеющем два этажа и плюс хозяйственная пристройка. Обычно в конце весны родители, с которыми она и жила в этом доме, уезжали в другой поселок на неделю или пару недель к отцовой маме и всегда брали внучку с собой, что было в планах и на этот раз.
Но Елена немного приболела, да и ехать почему-то не хотелось, может, просто «воспаление хитрости», как говорится. А тут еще к ней в гости напрашивалась подруга из соседней деревни, они уже давно хотели провести недельку самостоятельно, без старших. После долгих уговоров отца все-таки добро было получено. В общем, оставив наставления о том, как себя нужно вести и так далее, родители уехали.
Не так давно ездила по делам в Москву. Так как сама машину водить панически боюсь, все «автомобилизированные» родные и близкие, как назло в тот день были заняты, а расписание электричек оказалось для меня не слишком удобным — пришлось обратиться за помощью к частным извозчикам. Благо, знакомые присоветовали хорошего водителя, который, ко всему прочему, оказался довольно словоохотливым.
Под интересный разговор даже стояние в пробках не казалось таким уж раздражающим. Слово за слово, и вот уже я общалась с водилой, как со своим хорошим знакомым. И, конечно же, не могла не развести его на разговор о паранормальном. Тем более что у людей этой профессии подобных историй, как правило, навалом.
— Про «нехорошие» дороги и фигуры на обочинах рассказывать тебе не буду, — усмехнулся Андрей Федорович, — и так, поди, наслушалась. Расскажу-ка лучше про свою тёщу.
У всех такое бывало? Засидитесь за компьютером и не заметите, как время пролетит? Было, да? У меня да. Даже так, что мне до сих пор страшно об этом вспоминать.
Однажды я сидела за компьютером, искала информацию по школе. Никаких страшных игр и фильмов. Ничего вокруг не замечала, так как пыталась сосредоточиться. Я настолько забылась, что даже не помнила, какой сегодня день недели. Ходила пару раз на кухню, чтобы попить воды, и когда я проходила мимо спальни, слышала, как там кашлял дедушка, когда смотрел телевизор. Когда сидела в зале, за компьютером, слышала, как дедушка на кухне гремит посудой. Потом еще слышала, как он включал свет в ванной (у нас выключатель очень громко щелкает, на всю квартиру слышно).
В отражении зеркала я даже увидела, как он включает свет в коридоре, заметила, как загорается свет, но его самого не видела. Я отчетливо слышала шаги. Пару раз слышала, как открывается холодильник, но была сосредоточена только на работе.
До моего дня рождения оставалось чуть больше недели, когда умер мой дедушка. Для всей нашей семьи это известие стало страшным потрясением и неожиданностью. Скончался на 89-м году жизни от инфаркта. Он жил один в своей квартире (бабушка умерла 2 года назад), справляясь в одиночку со всеми житейскими трудностями. Естественно, ни о каком празднике и речи быть не могло: похороны, поминки, все так закрутилось… Помню, очень много плакала, все винила себя в том, что последнее время мы редко общались. В детстве дедушка был для меня всем: на даче он читал мне, играл со мной, рисовал. Потом я выросла, и мы отдалились друг от друга — общение ограничивалось 1-2 звонками в неделю.
Но время лечит, прошло около полугода и горе потихоньку стало меркнуть на фоне моей сумасшедшей жизни. Дедушкина трехкомнатная квартира по наследству перешла моей маме, однако жить мы там не собирались, каждый уголок до боли резал глаз. Тогда и возникла мысль продать ее. Пару раз мы с мамой заговаривали на эту тему, однако для воплощения идеи ничего пока не предпринимали. И тут случилось вот что.
