После прочтения истории «Отголоски прошлой жизни?» вспомнила историю из своего детства.
Когда мне было почти 2 года, я увидела сон. О том, что мне уже 30 лет, и я стою на лестничной клетке в сером пальто с меховым воротником и смотрю на улицу. А мать открывает дверь и говорит в ужасе: «Иди домой быстрее! Бабушка умерла!». Я смотрю на неё и понимаю, что и мать тоже однажды умрёт. И я умру. Мы все смертны…
Неделю назад моя подруга умерла от рака. Ей было 38 лет. Молодая, жить да жить еще. Жизнь у нее была нелегкой: как-то не складывалось с мужчинами, не могла иметь детей, работала на двух работах, попала в страшную аварию, чуть не погибла, перенесла огромное количество операций. А тут Бог, зная, что не станет скоро Анечки, и подарил ей доченьку. Как говорится, оставила моя подружка после себя свое продолжение. Девчушке всего два годика, а вот мамочки больше нету.
Так получилось, что Аня, когда ушла в декретный отпуск, уехала к себе в родной город в другом государстве. Наше общение заключалось перепиской в социальной сети и иногда телефонными разговорами. Так получилось, что Аня как-то пропала, как и бывает в этих случаях, общение сошло на нет. Я поспрашивала у общих знакомых, где она, но никто не знал ничего. Я слышала, что она родила девочку, назвала Машей, но по-прежнему Аня общаться ни с кем не хотела.
Наши сны, что это? Маленькая смерть, а может, наше пророчество или наше напоминание о том, что прошлого уже не вернешь, а будущее уже не изменишь.
Сны о покойниках. Я никогда не придавала им особенного значения. Снятся умершие, значит, помяни их. Или погода изменится. А вот если зовёт за собой покойник и ты за ним пойдешь, значит, тебе на этой земле делать нечего. И конец твой скоро. Почему они зовут? Когда слышала такие истории, мыслишки закрадывались, бонусы им за это на том свете дают, что ли? Чем больше приведешь на тот свет, тем больше у тебя шансов, не знаю, на еще одну жизнь на земле. Им, наверно, не очень-то и хорошо там, в эфемерном пространстве, про которое никто почти ничего не знает и в котором про тебя практически забывают, как только в землю опустят. Вот и хочет душа вернуться обратно, пусть даже ценой других душ, лишь бы опять обрести внимание к себе, что ли. Те души, о которых помнят, думаю, им и там неплохо, и не рвутся они сюда. Но я никогда в это не верила.
В одной деревне, в Горчухе, жила одна старенькая бабушка Аня. Она была очень добрая, всегда всем помогала, однажды даже пустила жить к себе приезжих туристов. Старушка знала очень много молитв, всегда носила с собой распятие. Она не пропускала ни одних похоронных процессов, всегда молилась за всех умерших в деревне.
Однажды у бабы Ани умер муж дедушка Коля. Бабушка была вне себя от горя, но всё равно ни разу не заплакала по его смерти, так как твёрдо знала, что мёртвых оплакивать нежелательно.
И вот старушка поведала одну интересную историю о сне, который приснился ей за несколько часов до смерти деда Коли. Бабушке приснилось, как будто какой-то молодой мужчина пришёл к ней в гости, когда её мужа не было дома.
В тот пятничный вечер я как обычно вернулась с работы. Подогрев себе еду и поужинав, я почитала книгу и легла спать. В сон я провалилась быстро.
Сначала перед моими глазами ничего не было, кроме темноты, или может, я просто не запомнила, что мне снилось, а потом мне стало так легко и хорошо. Я чувствовала себя маленькой, крохотной точкой! То количество радости и счастья, которое я испытывала, просто невозможно до конца описать словами! Я поняла, что могу летать и стремглав понеслась вперед. Впереди был длинный коридор и тысячи, тысячи дверей. В тот момент меня совершенно не волновало, что это за коридор, откуда он, зачем все эти двери и так далее. Мне было абсолютно все равно.
Сегодня я поделюсь с вами одним сном, который приснился мне недавно. Мне снова снилась моя прабабушка. Конечно, не в таком диком облике, как в истории «Настырная прабабка«, а совсем в другом. Поэтому и хочу с вами поделиться.
В общем, опять направилась я в тот дом. Открываю дверь, прохожу во двор. Страшного ничего не происходит, и ни грамма паники. Затем я иду в баню и вижу вместо новой, которую дед отстроил, старую с потемневшими досками. Все старое, а предбанник такой же, с той же самой знакомой лавкой. На ней стоял свежий, березовый веник, а напротив — старенькое зеркало прямоугольной формы и без оправы (сколько помню, оно всегда там стояло). Еще на той лавке лежали три вареных яйца, три свежих огурчика и три кусочка темного ржаного хлеба и стакан с водой. Я как увидела, во мне проснулся такой голод и потуги к тому, что все это умять надо срочно.
Это случилось в тревожном 1939 году с моей мамой. Ее брат служил десантником срочную службу в г. Борисполе. По какому-то делу мама приехала со своей деревни в Воронеж к знакомым и задержалась у них на ночь.
В эту ночь на рассвете ей снится, что она стоит на берегу речушки, что протекает у нее в деревне, и видит, как с противоположного берега реки бежит к ней ее брат. Она по песку тяжело бежит к нему навстречу. Он крепко-крепко обнял ее, и горячая слеза покатилась у него из глаз маме на щеку. «Прощай, сестра, скажи, что я был здесь!»
Я когда-то описывала свою неудачную личную жизнь до замужества. Это мои печальные отношения с тем молодым человеком, про которого история «Необычное пение русалки». Так вот, эта история произошла тоже с его участием.
Заметила я тогда, что он в кого-то влюбился, стала прислушиваться внимательнее и точно: влюбился, есть у меня соперница, значит. Когда он про нее говорит, его глаза горят, рассказывает взахлеб о таких обычных рабочих отношениях. Значит, я узнала кто она и решила не ждать милостей от природы, а поговорить с ней про их отношения.
Позвонила, представилась, объяснила по какому вопросу и предложила встретиться. Девушка согласилась. Встретились мы, и я поняла, что она мне соперница и все тут. А девушка как-то «прикипела», как Софья говорит, ко мне. Стала меня домой приглашать, стала ко мне приходить, секреты женские рассказывать, дружить активно. Мне же эта дружба была, если честно, в тягость. Мы очень разные, интересы у нас разные, да и мой, на тот момент, любимый все же восхищался не мной, а этой девушкой. В глубине души мне было очень обидно. Но, конечно, наяву я ей ничего дурного не желала. Тем более, ведь я вроде как подругой ей стала. Но, видимо, злые силы бывают коварнее, чем мы о них думаем.
