Зимой, в 1987 году, в наш двор новые жильцы переехали, обычные такие: девчонка моего примерно возраста, Ольга, и мальчик у них лет пяти, – Андрей. С Ольгой мы сдружились не сразу.

После переезда младший братишка бегал с детворой, а Олька приглядывала за ним, но с нашей ватагой знакомиться не спешила. И я замечала, что она с братишкой как-то странно ведёт себя – отстраненно, раздражается по пустякам, кричит на него, а он милый такой мальчишка, любопытный. Ну, может, ей надоело с ним возиться всё время, может, ревнует к родителям, мало ли что. На выходные и каникулы она пропадала, потом опять появлялась во дворе – и так примерно до весны.

Однажды я вышла гулять, а кроме Ольки и её брата во дворе никто не играл, я к ней и подсела. Спросила, как зовут, оказалось – тёзка. И всего на год меня старше. И тоже на пианино играла. Короче, много у нас общих тем было. Да и много ли надо в 12 лет для дружбы? Завязалось у нас общение.

Увидев мультфильм про домовенка, пятилетний сын спросил, живет ли у нас домовой в доме. Я сказала, что не знаю, думаю, что есть, но пока никак он себя не проявлял, видимо, всем доволен. После этого разговора решила подарить ему домовенка.

Купила такую игрушку, сшитую из мешковины и набитую сеном, сыну он очень понравился, назвал его Мишаней. Стал с ним играть, разговаривать, рассказывать, что делал в садике. И вот однажды сын принес с садика конфету, кто-то его там угостил, но он не съел сам, а принес Мишане, сунул ему прямо в руку.

Когда женился, то мы с женой несколько лет жили у родителей. Когда моя бабушка умерла, мы переехали в ее двухкомнатную квартиру.

И вот спустя какое-то время начал замечать пропажу всякой мелочи. Обычно лежит на своем месте, про нее не вспоминаешь, а как понадобится — ее нет. Поначалу думал, что жена переложила, спрашиваю ее, мол, куда дела, а она говорит, что не трогала.

И найти не могу. Ну, на жену грешил сначала. А однажды мы с ней крупно поругались, я решил уехать, куда глаза глядят. Сел в машину, завел, покурил, пока грел. И немного в себя пришел, решил вернуться.

Прихожу домой, ложусь спать. Так как все еще злой был, то лег в другой комнате. Ключи и документы от машины положил на стол, причем ключи сверху на документы положил. На следующий день просыпаюсь — ключи на месте, документов нет!

Иногда, когда я рассказываю про мистические истории, которые произошли со мной, слушатели удивляются их количеству. В самом деле, почему именно со мной?

Это случилось лет девять назад. У нас в районе есть очень хороший детский санаторий, когда-то союзного значения. Там очень хорошие условия для детей. Тем летом мои дочь и сын, и еще дочка моего деверя, которые живут в соседнем доме, отправились в этот санаторий.

И вот, через несколько дней дочь звонит оттуда и говорит, что у них случилась проблема с прачкой, и их грязное белье нужно забрать из санатория для стирки. Я обещала, что приеду за бельем. Этот разговор происходил во дворе, я сидела на топчане. Скоро пришел муж, я ему передала слова дочери. Он обещал заехать туда на другой день.

Трасса. Мерседес мчал по трассе Москва-Минск, и уже пересёк границу Российской Федерации. Вдавив в автомобильную пепельницу очередной окурок, Ярослав переключил надоевшую музыкальную сборку на любимую радиоволну. Там передавали один из последних хитов этого сезона. Позади, осталась неделя напряженной работы. Он устал, и мечтал поскорее добраться домой — к любимой жене и сыну из долгосрочной командировки.

Песня закончилась и началась болтовня на немецком языке. Ярослав временно переключился на другую волну. Там передавали блок рекламы, припевая наигранно-детским голосом дурацкую песенку, тоже по-немецки.

— Черт подери! Что за хрень? – Ярослав сделал еще несколько неудачных попыток найти хоть одну станцию, на которой бы говорили по-русски. У них даже позывные были другими!

— Ничего не понимаю! – Нервно переключая радио с канала на канал, он разочаровывался все больше. Абсолютно все FM диапазоны вещали по-немецки!

— Какого черта! Куда подевались все станции?

Осенью пошел гулять с собакой. У нас через дорогу парк, а за парком протекает река. Иду с собакой по парку. Осень, но листья еще не облетели.

Темнеет. На открытом пространстве еще светло, но вот в парке уже сумерки. И вот я замечаю, что собака начинает заметно волноваться. Хвост поджала, постоянно оглядывается. Я тоже оборачиваюсь и вижу, что за нами идет крупная черная собака. Ну, идет и идет.

Но что первое насторожило — собака у меня не такая маленькая, не из пугливых, за себя постоять может. Увидев другую собаку, обязательно подойдет познакомиться. А тут нет, наоборот — не хочет приближаться, только оглядывается.

Рассказала подруга, только сейчас узнала эту историю. Рассказ от ее лица.

В 30 лет я считала себя счастливым человеком. Дом, муж, друзья, семья, работа. Детей заводить не пытались. Вышла я замуж в 25 и решила, что пока не обзаведемся домом, двумя машинами и счетом в банке — детей нам не видать. Муж рад этому был. Говорил, что мы как раз живем по-европейски. Там тоже рожали детей после 30.

В 2013 году грянул кризис, и меня сократили. Ну, что же, бывает. Не расстроилась. Муж должен был поддержать. Он отнесся спокойно, сказал, что найду другую работу. Муж работал на стройке. Неделю в день, неделю в ночь.

Я узбечка, у нас много суеверий, связанных с потусторонними силами. Так, новорожденного ребенка и его мать первые сорок дней никогда не оставляют одних, с ними рядом обязательно находится кто-то еще, желательно старше. После заката к ним не пускают никого с улицы.

Эта история случилась со мной, когда я родила первенца. Мы вернулись с роддома, и в первую ночь с нами осталась моя мама, там была еще младшая сестра мужа, двенадцати лет, муж спал в другой комнате. Ночью я проснулась покормить ребенка и взглянула на часы, была полночь. Тут проснулась сестра мужа и пошла в туалет во дворе. Мама спала, я покормив дочь, уложила ее рядом и тоже легла. В это время девочка вернулась и тоже легла. Вдруг что-то тяжелое навалилось на меня сверху. Я открыла с трудом глаза (была как парализованная), и увидела на лице руку, очень белую и костлявую, большой палец с очень длинным птичьим ногтем. И эта рука медленно движется к глазам.