Рассказы про ведьм, колдовство и порчу: страница 52

Когда мне было лет 14, я была у бабушки в гостях. Вечером за мной зашли местные ребята, и мы пошли гулять. В деревнях детям раньше разрешали чуть ли не до утра гулять, поэтому, возвращаясь с танцев из местного клуба, мы уселись на остановке, прилегающей к магазину.

Ребята мне и говорят:

— А ты знаешь про местную колдунью?

Мы были воспитаны в духе атеизма и неверия во все сверхъестественное, поэтому я только посмеялась над их рассказами о том, сколько несчастий и кому она принесла. Они уговаривали меня посмотреть на ее дом, который можно было разглядеть, высунувшись из-за угла магазина. Дом как дом, ничего необычного.

Это произошло через три дня после этого случая. Я тряслась от страха вот уже несколько дней. Ночью спала со светом. Родители были не в курсе. Они решили снова уехать на дачу, так как у них был отпуск. И я позвала друга. Я знала его лет с десяти, мы не раз выручали друг друга, и он сидел у меня в детстве, когда его папа напивался, случалось это нечасто. Он легко согласился и пообещал подойти к десяти вечера, после тренировки.

Время 21:45, уже сгущаются сумерки. Я жду Антона. Раздаётся звонок в дверь. Я счастливая, что не останусь одна. На пороге Антон.

Был конец января, а если быть точнее, 21 января. Мне даже этот день запомнился. Мы с парнями договорились встретиться у входа в наш парк в девять вечера. Куда мы хотели дальше двинуть, даже не вспомню, но идти в парк точно не собирались. Был достаточно морозный вечер, и температура опустилась до минус пятнадцати.

И вот я пошёл к центральному входу в парк, но решил срезать свой путь через небольшой отрезок территории парка. Вечер был светлый от яркого полнолуния на небе. Фонари освещали искрившийся по обочине дороги снег. Я и увидел наших троих ребят, стоявших у каменной арки центрального входа. Они вели весёлый разговор с молоденьким милиционером из постовой службы, которая иногда патрулировала парк. Этот милиционер приходился родным братом одному из моих приятелей.

Мы жили с родителями на окраине города в обычной панельной девятиэтажке. Наш длинный дом был из пяти подъездов с аккуратными палисадниками и между ними большим двором. С одной стороны с двором дома граничил частный сектор. Это большое старинное село, в котором целыми поколениями жили люди. Сразу за домом начинался большой парк, скорее, даже не парк, а ухоженный небольшой лес. Внутри этого леса располагалась церковь и ряд старинных построек. Также была старинная усадьба, конечно, заброшенная, но обнесённая забором и охраняемая государством.

Впрочем, мы со своими сверстниками не особо не интересовались этим живописным парком с его стариной. Нам было по пятнадцать-шестнадцать лет, и основное наше занятие в свободное от учёбы время — это тусовки со своими сверстниками. Вся молодёжь в районе друг друга знала. Ведь учились в одной школе или росли в соседних дворах.

У моей бабушки была соседка, все местные обходили ее двор стороной, зажав дулю в кармане. Называли ее ведьмой за глаза. Если у кого похороны — она всегда там, вечно замечали пропажу — то веревки, которой обматывали руки усопшего, то еще чего-нибудь из гроба. За руку ее никто не ловил, но все знали, что это она. Если кто случайно переходил ей дорогу, обязательно с ним случалось что-нибудь нехорошее. Кто из женщин с ней скандалил, у той муж от пьянки помирал вскоре либо постепенно спивался.

Моей бабушке не повезло, жила она смежно дворами с той самой соседкой, много натерпелась, ничего стороной не обошло — ни пьянки, ни разлад, ни вымирание кур, уток, корова переставала давать молоко и т.д. Необъяснимого много в этом. Часто во дворе, то под крыльцом, то в сараях находила мешочки с нитками и прочим хламом. Постоянно постигало невезение и семью, и живность во дворе. Зла много она сделала.

«Знахарь – человек, обладающий знаниями и использующий их для лечения людей и животных. Так же, как и колдунов, знахарей уважали, но не боялись».

В 1938 году мой прадед по маме, Андрей, вместе с семьёй переехал из только сформировавшейся Луганской области в одну из деревень, находящуюся недалеко от Задонска. Задонск тогда относился к Орловской области. Андрей вступил в колхоз, работал трактористом, получил землю для строительства дома, строился и обустраивался на новом месте. Андрея все считали зажиточным, так как он обрабатывал на своём тракторе несколько полей и за это получал зарплату зерном, мукой и керосином.

Деревня располагалась в поистине живописном месте, с одной стороны к ней подступал небольшой, но красивый лиственный лес, с другой – лог и луга, а за ними бескрайние поля.

И жил в той деревне старик Иван Фёдорович. Старый как Мир, абсолютно седой, с волосами по плечи и бородой до пояса. Он выглядел как волхв из «Песни о Вещем Олеге». Ходил всегда с дубовым посохом и корзиной для трав.

Ни для кого не секрет, что дети до 7 лет видят и слышат то, что не могут видеть и слышать взрослые. Когда мне было 5 лет, родители все время работали, а за мной присматривала моя прабабушка, ей тогда уже было 80 лет, но люди старой закалки не сравнятся с нынешним чахлым поколением. Жизнь у нее была тяжелой, в 1933 году умерла от голода ее мать, и она в 21 год осталась на хозяйстве с пятью братьями и сестрой на руках. Потом война, пятилетки, работа трактористом, комбайнером и кузнецом в колхозе.

Когда она умерла в 2002, мы до конца не знали, крещеная ли она. У нее была тетка, которая, как потом выяснилось, наградила мою прабабушку нечистым. Пока младенец некрещеный, на него навешивают нечисть, потом таких детей называют ведьмаками. Моя прабабушка страдала этим недугом, нет, она не была бесноватой, могла спокойно перекреститься.

Вспомнила случай. Точнее, помню его всегда. Я жила в деревне. У меня была подруга, Александра, только она на порядок старше меня, на тот момент мне едва исполнилось 13, а ей было около тридцати. Но сверстников у меня в деревне не было, да и с Александрой мы крепко сдружились. А ещё она ведьма, я об этом уже упоминала в рассказе «Колдовская книга».

Так вот, пошла я утром в школу. Мороз. Зашла, наконец, в здание, а там меня классный руководитель встретила, сказала, что занятия отменены, потому что в школе холодно из-за мороза на улице. А у нас отопление в школе было не очень, да и здание старое, но всё равно потеплее, чем на улице, поэтому я погрелась минут пять и пошла домой. Учительница мне ещё домашнее задание дала, но так как была пятница и впереди выходные, то я решила не сразу пойти домой заниматься, а зайти к Александре.

Замёрзла жуть, я тогда рукавицы дома забыла, карманы не спасали, и к тому же в одной руке сумку несла, так что кожа на морозе потрескалась в кровь. Косы, торчащие из-под шапки, побелели, вместе с ресницами и бровями.