Художественные мистические рассказы: страница 16

Трасса. Мерседес мчал по трассе Москва-Минск, и уже пересёк границу Российской Федерации. Вдавив в автомобильную пепельницу очередной окурок, Ярослав переключил надоевшую музыкальную сборку на любимую радиоволну. Там передавали один из последних хитов этого сезона. Позади, осталась неделя напряженной работы. Он устал, и мечтал поскорее добраться домой — к любимой жене и сыну из долгосрочной командировки.

Песня закончилась и началась болтовня на немецком языке. Ярослав временно переключился на другую волну. Там передавали блок рекламы, припевая наигранно-детским голосом дурацкую песенку, тоже по-немецки.

— Черт подери! Что за хрень? – Ярослав сделал еще несколько неудачных попыток найти хоть одну станцию, на которой бы говорили по-русски. У них даже позывные были другими!

— Ничего не понимаю! – Нервно переключая радио с канала на канал, он разочаровывался все больше. Абсолютно все FM диапазоны вещали по-немецки!

— Какого черта! Куда подевались все станции?

В самом прекрасном месте земли, где горы утопают в цветах, и запах лаванды привлекает к нему всё живое, с первыми лучами солнца появляется удивительной красоты страна Лавандия. Ранним утром небесное светило нежно касается долины, и солнечная энергия, соединившись с чудесным ароматом цветов, создаёт радужное свечение. И удивительнейшим образом, из ниоткуда, начинают вырисовываться диковинные разноцветные деревья, бегут, наполняя окрестности свежестью, ручьи, появляются полненькие, с розовыми щёчками, весёлые человечки – население страны Лавандии. Они потягиваются, как после долгого приятного сна, говорят друг другу: «Доброе утро!» и обнимаются, как самые близкие люди после долгой разлуки.

И это на самом деле так: всю ночь не существовало этой удивительной страны, и только утро, солнечные лучи создают по новой этот счастливый, наполненный смехом и радостью, чудесный мир. Ещё нет строений, ни дорог, ни площадей, ещё нет города. Всё это только предстоит ещё построить трудолюбивому населению Лавандии.

Ну вот наконец вся природа проявилась, лавандцы собрались все вместе, на огромном лугу, которому судьба стать площадью собраний.

Эпиграф:

Бей в барабан! Им не нравится грохот.
Бей в барабан! Грохот будет сильней.
No pasaran! Пусть несётся наш хохот
В сонном царстве теней.

Год и два месяца назад

Андрей просто был обязан спасти этого ребёнка. Да он всё правильно и сделал: своевременно разбудил мать, чтобы та подошла к кроватке малышки; быстро направил скорую помощь, причём лучшую бригаду; как смог, очистил маршрут проезда от посторонних автомобилей. Одного только он не учёл — не только Андрея волновала судьба этого ребёнка, и в скорую, мчавшуюся с мигалкой на полном ходу, со всей дури врезался пьяный идиот, а так как счёт шёл на секунды, для девочки это стало приговором.

Взбешённый Андрей невидимой тенью выскочил из скорой и увидел её, эту чёртову пигалицу. Ещё давно, когда Андрей был ребёнком, его отец любил повторять: «Все беды в мире исходят от людей маленького роста», и только теперь понял, как его отец был прав! Злая была очень миниатюрна, как будто застряла в 11-летнем возрасте. И ещё Андрея очень поразила её ухмылка, с которой она спокойно смотрела на суету врачей вокруг умирающей девочки, которую по её вине они не смогли довезти до больницы. Злая победно посмотрела на суетящихся врачей, на мать девочки, от горя яростно колотившую по лобовому стеклу машину виновника аварии, на Андрея, который тщетно предпринимал усилия увезти девочку на любом другом транспорте, и, нагло показав Андрею средний палец, с чувством выполненного долга скрылась в темноте.

Стрелки на старинных часах-ходиках сообщали, что уже четыре часа утра. Ночь прошла, а Светлана так и не сомкнула глаз ни на минуточку. Думала о своей серенькой жизни: сорок лет – бабий век, ни мужа, ни семьи, жила как во сне. Всё — ниже среднего: ни красоты, ни ума, а теперь вот и молодость ручкой помахала. Комок подступил к горлу, и горькие слёзы замочили подушку.

Наревевшись вволю, она наконец-то заснула, и снится ей сон: лицо бабушки Насти, единственного человека, который её любил в этой жизни.

– Не плачь, внученька, сделаешь, как я скажу – будет тебе счастье. Езжай в Калиновку, в полночь придёшь к цветущей старой черёмухе, возле речки, обними её да скажи: «Твой цвет – мой цвет, твой сок – моя жизнь».

Светлана проснулась, лучик чего-то нового, необычного приятно щекотал душу. В тот же день взяла на работе неделю за свой счёт и поехала в Калиновку, деревню, где родилась и выросла.

Не стану заставлять ждать уважаемого читателя и предоставляю вторую часть рассказа, описывающего мою судьбу. Изменившуюся в ходе некоторых обстоятельств.

Итак, я записалась на собеседование в очень престижное агенство по недвижимости. Сразу резануло ухо фамилия директора. Исинбаев Роман Альберович. Хм, до боли знакомое имя. Я повторяла его, словно пытаясь распробовать на вкус. Не знаю. Не помню. Может, ассоциации со знаменитой спортсменкой?

В итоге сижу перед кабинетом «главного» в очереди таких же, как я. На мне брючный костюм цвета кофе с молоком, высокая причёска и легкий аромат «свежего» парфюма. Хотя я всегда любила «сладкие» запахи.

Вызывали по записи. Стройная шатенка выходила в зал и объявляла фамилии. Когда очередь дошла до меня, она невозмутимо прочитала фамилию. Затем взглянула поверх элегантных очков, и у неё буквально отвисла челюсть. Я смутилась. Но спустя мгновение почувствовала к ней явное раздражение, почти ненависть.

Солнечный и жаркий июль стоял на дворе. В маленьком посёлке Сарана был полдень, но солнце пекло нещадно, поэтому все жители попрятались в тенёк, однако самые смелые и бывалые смельчаки сжигали свои спины на огородах.

Где-то в соседнем дворе горланил петух, кудахтали куры, а под окнами дома о брёвна тёрли свои спины козы, заодно прячась в теньке.

Через пару домов, где основная дорога сворачивала к лесу, несла свои воды речка Саранушка, журча и поблёскивая на солнце. Две женщины, весело переговариваясь, натирали в реке старенькие паласы. Их заливистый смех доносился до бабы Кати из открытого окна.

В доме бабы Кати царил покой, только радио мягко хрипело гимн, и возбуждённый белый кот резво носился за толстой зелёной мухой, которая, в панике меняя траекторию, билась об оконное стекло.

Я никогда не выделялась из толпы. Со мной никогда ничего экстраординарного не случалось. Даже имя и фамилия у меня самые обычные. Я неплохо закончила школу, вуз, работала менеджером в небольшой фирме. Но не так давно произошло событие, разделившее мою жизнь на «до» и «после».

У меня появилась подруга по переписке. Мы познакомились на одном из форумов, посвящённых собакам, и вскоре сдружились. Нашли друг в друге родственные души. Когда у меня начался отпуск, Лара, назовем её так, пригласила меня на несколько дней погостить. Проще всего было добраться на рейсовом автобусе, который до её города идет порядка девяти часов.

Сказано-сделано. И вот я уже с небольшим рюкзачком сижу в довольно удобном автобусе Скания и наблюдаю в окно пейзажи средней полосы России. Летние сумерки постепенно сменились ночью, и я задремала. Проснулась от резкого торможения автобуса. У некоторых пассажиров попадали сумки с багажных полок, закричали дети, стали возмущаться не вполне трезвые мужчины. Я сидела на третьем или четвёртом ряду и смогла увидеть в лобовое стекло картину происходящего.

Пять маленьких пушистых комочков жалобно мяукали в корзине.

– Ах вы мои сладкие, — нагнулась Оксана над корзиной, — плохо же вас здесь кормят, совсем вы тут не растёте. Тут же у меня всё по-честному. Если ты сильнее — беги, догоняй и жри. Если слабее — убегай, пока не сожрали. А вам эмоции нужны, зависть, злоба от бессилия, желание идти к цели по трупам. Ну ничего, потерпите немного, очень скоро я вас в хорошие места пристрою, будете сыты и довольны.

Затем взяла из корзины полосатого котёнка и прижала к себе, при этом бормоча под нос:

— А тебе, Тигруля, я самого лучшего хозяина нашла, будешь жить как в санатории и быстро вырастешь, на радость мамочке, а как вырастешь, я тебя сразу и заберу, — и довольная собой пошутила, — «отдам котёнка в хорошие руки».