Страшные истории про кладбище и покойников: страница 37

Я по образованию журналист, работаю в политической сфере. Человек я вполне себе рациональный и грамотный, люблю факты и хорошую аргументацию, так как занимаюсь написанием аналитических материалов, но мистикой интересуюсь со страшной силой, причем уже давно. Уж не знаю, к счастью или к печали, но со мной ничего особенного не происходило.

Зато в Одессе у меня проживает тетушка – замечательная женщина и умнейший человек, так вот ее уж точно можно назвать кладезем занимательных мистических историй, произошедших в реальности.

Помню, когда была подростком, частенько наведывалась к ней на все лето, и она перед сном в деталях информировала меня о своем житье-бытье, а точнее, пугала до смерти своими историями о наших некогда здравствовавших родственниках. Когда-то давно я выкладывала некоторые из ее историй на другом сайте, но, зная требования строгого и искренне уважаемого мною администратора данного ресурса, решила приложить все свое журналистское мастерство для написания нового оригинального материала, который, возможно, кому-то покажется вполне занимательным.

Эта жуткая мистическая история случилась примерно десять лет назад. С нами по соседству жила супружеская пара — муж и жена. Муж тяжело болел сердцем, перенес несколько инсультов, из-за чего у него была парализована половина тела. Он редко выходил на улицу, передвигался в основном только по своему двору (мы все жили в частном секторе), ходил, шаркая и подтягивая парализованную ногу, так что его шаги были слышны и у нас во дворе.

Один раз у мужа снова прихватило сердце. Пока скорая доехала, его уже не стало. Не знаю, в силу каких причин, но тело не стали забирать в морг, а констатировали смерть на месте и оставили дома. Его жена с помощью своей матери, нескольких соседок и моей бабушки подготовила тело к похоронам. Раньше существовала такая примета, что покойника нельзя оставлять на ночь одного, поэтому кто-то постоянно должен сидеть возле него и читать молитвы. Вот моя бабушка и еще пара соседок-пенсионерок согласились помочь.

Настала ночь. Покойник лежит в гробу во дворе, бабушка, соседки и новоиспеченная вдова сидят вокруг него. Бабушка начала уговаривать вдову пойти в дом и поспать, отдохнуть перед похоронами. Та сначала отказывалась, но потом поддалась на уговоры.

Произошло это прошлой весной на кладбище, где покоятся мои бабушка с дедушкой — ветераны Великой Отечественной Войны. Дедушка умер еще до моего рождения, а потому я бывал на том кладбище с самого детства. В принципе неплохо ориентируюсь, хоть оно и большое. Никаких жутких ассоциаций с этим местом у меня не было. Да и сейчас нет.

Прошлой весной я впервые в жизни оказался там один. С утра приехал, навел порядок, посидел минут десять, да и направился к выходу. Выходов с кладбища всего два, со всех сторон забор и, к тому же, непроходимые заросли кустов и деревьев. Мне нужно было преодолеть несколько поворотов, выйти на центральную дорогу и по прямой пройти к выходу.

Эту историю я слышала от своей тёти, а она от своей бабки. В деревне, где жила бабка, проживала одна семья: муж и жена. Так любили друг друга, никогда не расставались надолго. Однажды случилось горе — муж умер, причина, конечно, уже неизвестна.

Жена очень горевала, стала чернее ночи. Ни слова соболезнования, ни людское участие не помогало, женщина всё время плакала и причитала. Так продолжалось месяца три, как вдруг соседи стали замечать разительные перемены: жена стала худеть прямо на глазах, буквально ветром качает, а на лице веселье, глаза светятся счастьем. На вопросы что случилось, ответом только глупая, счастливая улыбка.

Однако бабы народ дотошный, приставучий, что, мол, худая такая: кости да кожа. А жена в ответ возьми и ляпни: «Да я один раз всего в сутки ем!». Тут уж понеслось: почему да как. Ну, жена и рассказала, что ходит к ней по ночам её любимый муженёк, она стол наготовит, в доме подберёт и ждёт. Он приходит, они садятся за стол вместе, едят, пьют, потом милуются в кровати. Вот и похудела она от этого. Соседки, конечно, на смех, мол, крыша поехала. Посмеялись да разошлись.

В декабре прошлого года у моей знакомой Веры Ивановны умерла старшая сестра. Все как полагается: похороны, поминки 9, 40 дней, полгода… Далее ее рассказ от ее имени.

Приехала Лена (дочь сестры), и мы на ее машине поехали на кладбище – прибраться перед зимой, помянуть. Все сделали, сидим, поминаем, на душе горько… Вдруг большая и очень яркая бабочка откуда ни возьмись (6 сентября) прилетела и села у фотографии на кресте. Мы удивились — откуда в сентябре бабочка да еще столь необычная? А бабочка, как бы привлекая наше внимание, 3 раза по кругу облетела надпись под фотографией и опять уселась на прежнее место под фото.

Расскажу вам жуткую историю из жизни. В нашей деревне жила семья — мать и две дочери, отца у них не было. Старшая сестра была замужем и на тот момент жила отдельно со своим мужем, младшая была еще подростком и жила с матерью. Жили они недалеко, через пару домов.

В один январский день мать натопила баню и в доме печку очень жарко, и они с младшей девочкой пошли мыться, а когда пришли из бани, то легли спать. И угорели от печки, которая была в доме.

И вот день похорон. Тогда еще транспорта особо не было, гробы везли на деревянных санях, а вокруг положили еловые ветки. Одна из веток попала девочке на лицо, и осталась царапина, из которой вытекла капелька крови. Это видели многие, но почему-то никто не придал значения. Мать и сестру похоронили.

История, рассказанная моим приятелем Алексеем. Ничего страшного в ней нет, но вполне подходит для данного раздела. Пишу от лица рассказчика.

После смерти моей матери прошло уже более десяти лет. Каждый год посещаю её могилу — когда три, когда четыре раза в год, но в один из дней в конце июля или в начале августа прихожу обязательно, рву всю траву, крашу оградку и т.п.

И вот 3 августа сего года я пришёл на могилу и занялся своим обычным делом. Поработав минут десять, я услышал разговор, доносящийся со стороны ближайшей могилы. Разговаривали две женщины. Судя по моей оценке голосов, один принадлежал женщине лет 50-60, а второй был совсем молодой, лет 20 с небольшим.

Казалось бы, что в этом особенного? Днём на кладбище народа пруд пруди. Но вся фишка в том, что пожилая (назовем её так) что-то назидательно выговаривала молодой, а та, перед тем как ответить, звонко, прямо-таки заразительно смеялась.

Бабушка моей подруги Марины с улыбкой наливала нам чаю. «Бабушка, а мы гадать собираемся на Святки. Может, ты нас научишь чему-нибудь, что у вас в деревне девушки делали?» Зинаида Васильевна задумалась: «Нет, родная, такого ничего не припомню, старая я уж стала». Слегка наморщив брови, от чего её милое доброе лицо приняло озабоченное выражение, она медленно сказала: «Я вам, девоньки, другое что расскажу. Может, и расхочется вам гадать, ой, неладно это».

Забыв про фирменный пирог с чёрной смородиной, мы, раскрыв рты, слушали историю, случившуюся с Зинаидой Васильевной в деревне недалеко от Ярославля, когда ей было 18 лет. У Зины был поклонник детства, которого звали Егор. Она его воспринимала исключительно как друга. Он обижался сначала, но потом принял это как должное со временем. Отдалился от всех, начал ухаживать за другой девушкой.